Онлайн книга «Вор»
|
Дружный хохот вконец разметал остатки былого благожелательства и основательно вывел великана из равновесия. Кивнув напарнику, чтоб тот заменил на время, верзила легко перемахнул через разделяющий от обидчиков барьер и, грозно засучив рукава, предстал перед весельчаками, громадный и злой, как растревоженный вулкан. Подземные толчки не заставили себя ждать. Бармен ухватил положенца за шкирку, хорошенько тряхнул для разминки и вежливо полюбопытствовал: — Тебя как, придурок, пинками к выходу гнать или сам выползешь, червь? Последние слова увенчали его тройную ошибку. Во-первых, Кристалл никогда и никому не прощал грубой физической силы, примененной к своей впечатлительной поэтической натуре. Во- вторых, он не оставался в долгу и за менее неосторожные сочетания букв, не говоря уже о сложенных в «черве». Наконец, в-третьих, Юрию просто не нравились хамоватые ублюдки и посему за ответом дело не стало. Твердым движением Юрий выхватил из кармана малахитовую рукоять неразлучной выкидухи, молнией на лету выпустил победитовое жало и ювелирно притормозил его у подбородка. Внезапность, с которой ход экзекуции диаметрально поменял ориентацию, поразила бедного служителя рюмок, бутылок и кофейных чашек легким апоплексическим ударом. Дружелюбно улыбаясь, Юрий согнул бармена пополам, прижался небритой щекой к его плечу, прикрывая от окружающих лезвие ножа, и потащил бедолагу на улицу, шепча утешительное: — Расслабься, дурачок. Вздумаешь вякнуть — насажу как утку на шампур. Будешь фирменным блюдом в своем утятнике. Понял?! Вот и хорошо. Так какая у тебя длина, хуй ты моржовый? — Кхр… люп… мер… сять… — Не понял… Шифруешься? Ща я тебе меж ребер пошифрую… Со стороны все выглядело весьма пристойно: верный друг помогает своему приятелю выйти освежиться. Евгений не вмешивался. Он грустно, сожалея о том, что ему сегодня вряд ли удастся повидать, как кружатся его цыпочки на хромированных шестах, плелся сзади, прикрывая тылы. Первое сомнение, оно же и последнее, в отношении благородной с виду цели прогулки мелькнуло у охранника в фойе. Но порывистый азарт смельчака, преградившего было путь, рассеялся, как туман, при появлении светила, стоило только новенькому, переливающемуся жидким серебром, пятнадцатизарядному SEG -229 — подарку от воровской семьи — упереться в стриженый затылок. «Сэмэн!» Это имя, словно магическое заклинание, вылетало из уст Кристалла в моменты двух крайностей: когда появление друга, как вот сейчас, переводило ситуацию из жизненно-опасной в разряд приятно-увеселительных или если назревала острая потребность побыть в одиночестве. Менялись лишь интонации. «За что и дорог…» — Что с этим? — кровожадно щелкнул зубами Сэм, сковывая парочку в один гигантский бутерброд. — Нуждается в воспитании. Руки распускает, за базаром не следит — зло перечислил Евгений. — И мне, мудак, сеанс[174] обломал. — У-у-у… Ну и угораздило тебя. Попал, — с жалостью констатировал Сэм, отвешивая оплеуху. — Вы езжайте, а я бы это… по крови соскучился. Лица обеих жертв синхронно побелели. По синюшной коже читался диагноз: мгновенное малокровие в последней стадии. — Кто тебе пилюли поставляет? Тамбовские? Тульские? Соврешь — сдохнешь, — предупредил Кристалл бармена. — Нет, не они. — Кто?! |