Книга Кровавые реки, мясные берега, страница 147 – Кристофер Триана

Джун напряглась. Была ли у Гэри галлюцинация, подобная той, что была у нее, когда она видела трупы бабушки и дедушки в лодке?

— Гэри, – сказала она, – ты что-то видел?

Гэри поднял на нее глаза, как будто впервые заметил ее присутствие.

— Что ты видел? – спросила Джун. – У тебя было что-то вроде видения?

Свет луны упал на Гэри, как луч прожектора в затемненном кинотеатре. В этот момент он выглядел намного старше, как будто пребывание на реке истощило его. Возможно, так оно и было.

— Я думаю, – начал он, – думаю, я… Я…

Джун взяла его за руку, удивив их обоих.

— Ты видел жену?

Его глаза заблестели от слез. Он отвел взгляд и вытер их рукавом.

— Эй, – сказала Джун. – Что случилось с твоей женой?

Гэри покачал головой.

— Я не знаю, что это было. Может быть, я действительно заснул на минутку.

«Нет, это не так, – подумала Джун. – Никто из нас не заснул».

Холодок пробежал по ее телу.

Джун никогда не верила россказням о сверхъестественном мире, отвергая все религии как очередную ложь, контролирующую сознание, но верила, что во вселенной много неизведанного. Действительно ли на этой реке обитают привидения? Неужели души жертв Эдмунда так и не покинули это ужасное место? Или они последовали за ним домой? Джун очень хорошо знала, что демоны преследуют тебя, где бы ты ни пытался скрыться. Она объездила все страны, пытаясь спастись от них, но так и не смогла избавиться от демонов надолго, даже с помощью алкоголя и агрессивного секса. Бабушка и дедушка никогда не выходили у Джун из головы – и не только потому, что ее все еще разыскивали для допроса в связи с преступлением. Возможно ли, что за этим стояло нечто большее, чем просто совесть, пытающаяся возложить вину на нее? Могли ли бабушка и дедушка принять новую форму здесь, в Бийце, где были похоронены, после того как единственная внучка хладнокровно убила их?

В тот мрачный день Джун угнала их машину и сбежала через границу штата с сейфом. Когда она наконец открыла его, у нее упало сердце. Внутри было всего семьдесят долларов. Джун так и не узнала почему. Возможно, дедушка внес деньги на счет до того, как банк закрылся на выходные, или, возможно, это было как-то связано с тем, что Джун осталась дома одна. Возможно, у дедушки была при себе бо́льшая часть наличных, на всякий случай. Джун не потрудилась взять его бумажник или порыться в бабушкиной сумочке. Она слишком торопилась уйти оттуда, и к тому времени, когда открыла сейф, возвращаться было уже поздно.

Джун никогда больше не смогла бы вернуться домой. Она знала это. Но в итоге вернулась в Бийц в поисках другого сокровища, которое, как она думала, могло бы снова исправить ее жизнь – по крайней мере, настолько, насколько это вообще возможно после постигшего ее несчастья.

— Все в порядке, Гэри, – сказала она, вглядываясь в грозовые тучи. – У каждого из нас свои секреты.

Гэри не знал, чему верить.

После смерти жены он перестал узнавать и понимать привычный мир, но что можно сказать об этом мире кошмаров наяву, который он только что увидел на берегу реки? Его внезапное появление повергло Гэри в дрожь. Все это было так реально, как будто он находился в школе, когда массовый стрелок унес жизнь его семьи – одной из многих, уничтоженных в то трагическое утро. Гэри подумал, не отравился ли чем-то. Может быть, что-то витает в воздухе, какая-нибудь пыль от диких галлюциногенных грибов или ядовитая плесень на лодке?