Книга Кровавые реки, мясные берега, страница 148 – Кристофер Триана

Гэри сомневался, что существует какое-либо вещество, способное обмануть разум так основательно. Он очень надеялся, что прав.

Но оставалось только одно объяснение.

Это не было видением. Это было реально.

Конечно, он не мог с этим согласиться. Призрак Лейси не бродил по этим холмам. Воспоминания о ней преследовали Гэри, но это было совсем не то же самое, что видеть ее на самом деле. Тем не менее ущелье превратилось в залитый запекшейся кровью коридор со шкафчиками. В ярких деталях.

Это вызвало у Гэри жуткое предчувствие, несмотря на то что событие уже произошло. Он почувствовал, что его предостерегают от чего-то, что могло потрясти до глубины души.

И это сработало.

Гэри больше не хотел находиться на этой реке. Даже его желание присматривать за Джун угасло перед лицом этих кошмаров. Она была достаточно взрослой, чтобы самостоятельно принимать решения, даже такие вопиюще ужасные. Гэри не был обязан сопровождать этих двоих в их безумном стремлении найти Эдмунда Кокса… или что там они искали. Но как он мог повернуть назад сейчас? Он зашел слишком далеко, чтобы возвращаться в город пешком, и, честно говоря, не хотел оставаться в этом лесу один. Убедить остальных повернуть лодку было невозможно.

Он застрял. Он был в ловушке.

Клуб дыма заставил Гэри вздрогнуть, прежде чем он понял, что это всего лишь сигарета Кита. Он снова вздрогнул, когда раскаты грома прокатились по лощине. Прислушиваясь к звукам слайд-гитары, поняв, что ожидает услышать Речника, Гэри был вынужден признать, что теряет связь с реальностью. Действительно ли он боялся старой деревенской легенды, лесного страшилища, о котором рассказывают у костра? Возможно, в этом и заключалась истинная цель мифа о Речнике – изгнать нежеланных пришельцев из Бийца. Может быть, местные жители придумали небылицу, чтобы сохранить свою землю и родословную «в чистоте». Не потому ли старый блюзмен из музыкального автомата предупреждал его об этом? Был ли Буба Барлоу частью какого-то заговора, направленного на то, чтобы изгнать тех, кто не владеет землей?

Даже если бы это было правдой, это не объясняло видения. И ничто не могло объяснить. Все логические доводы были нелогичными, что ставило Гэри в тупик.

Я не могу объяснить то, что видел. Я знаю только, что больше не хочу этого видеть.

— Внимание, – сказала Джун, указывая вперед. – Мы вот-вот попадем в неспокойные воды.

Следующий изгиб реки был еще менее привлекательным – еще одно дурное предзнаменование, мать-природа в последний раз намекала, что им следует покинуть это место.

Кит заговорил, все еще держа сигарету во рту:

— Я думаю, мы справимся, если будем держаться поближе к берегу. Мотор старый, но мощный.

Он подвел лодку ближе к берегу, но был вынужден направить ее обратно на середину реки, чтобы избежать столкновения с камнями.

Гэри держался за борт обеими руками. Джун присела на корточки на носу, костяшки ее пальцев побелели, когда волны обрушились на маленькое суденышко. Гэри стиснул зубы. Вода плеснула в лодку, и нос задрался к небу, отчего Гэри почувствовал себя невесомым. Он был уверен, что они вот-вот перевернутся, но лодка снова легла на воду, и они с трудом преодолели стремнину. Шум волн был оглушительным, но сквозь их рев Гэри расслышал раскаты грома, которые превратились в бренчание слайд-гитары. Игра была дикой и пьянящей, волна искаженной музыки потрясла Гэри до глубины души. Он хотел сказать об этом остальным, чтобы убедиться, что они тоже это услышали, но река была слишком бурной. Стремнина швырнула лодку к крутому обрыву, где их, как мины, поджидали зазубренные камни.