Книга Большая махинация, страница 109 – Балдуин Гроллер

Райнер взял шляпу и трость. Мы сели на вапоретто^[69] до Лидо. Там я, несмотря на небольшое расстояние до пляжа, взял экипаж, как и подобает при сопровождении столь важного господина, как мой спутник. Он, конечно, не горел желанием купаться, но я настоял. Присев на скамью, я наблюдал, как неудачливый мошенник раздевается, входит в воду, как морские волны омывают его малопривлекательные телеса. Постепенно он, кажется, даже начал получать от водных процедур удовольствие. Увидев его вдалеке среди сотен других купальщиков, я успокоился.

Ваш покорный слуга исчез быстро и незаметно, едва успев на поезд. Письмо пришло вовремя. Вот, дорогой Грумбах, десять векселей. Теперь пусть дирекция выносит свое решение.

Госпоже Виолет лишь оставалось всплеснуть руками.

За столом в доме Грумбахов снова собрались трое: хозяин дома, его очаровательная супруга госпожа Виолет и старинный друг семьи Дагоберт Тростлер. Лакей в белоснежных перчатках уже разливал суп, как вдруг в соседней комнате раздался телефонный звонок. Повинуясь едва заметному взгляду хозяина, слуга направился к аппарату и уже через несколько секунд вернулся:

— Господину Тростлеру телефонировала госпожа Мейер, просила передать, что дело очень срочное!

Хозяйка улыбнулась, но тут же испуганно нахмурилась. Улыбнулась она потому, что сразу поняла смысл странной фразы: ей было известно, что доктор Вайнлих, работающий в полиции, и Дагоберт использовали этот позывной, когда им требовалось немедленно конфиденциально связаться. А испугалась потому, что сразу сообразила: мирному застолью, которого она, как всегда, ждала с нетерпением, пришел конец. Наверняка речь идет о каком-то новом детективном деле, и если так, то Дагоберта удержать не удастся. Его «профессия», его «занятие», его хобби были для него важнее всего другого.

И действительно, услышав о звонке «госпожи Мейер», он тут же встал, отложив салфетку.

— Но, Дагоберт, – взмолилась хозяйка, – человек ведь должен принимать пищу, даже если у него есть важные дела!

— Разумеется, госпожа Виолет, человек должен принимать пищу, но необязательно именно в тот момент, когда есть важные дела.

— Да полно вам! Что там могло случиться? Опять какой-нибудь взломщик? Если его уже поймали, то он от вас никуда не денется, а если нет, значит, поймают через пять минут. Разве это так важно?

— В моем деле, сударыня, никогда нельзя заранее знать, что окажется важным. Но ясно одно: мне нельзя терять ни минуты.

Дагоберт был в этих вопросах непреклонен.

По настоянию хозяйки он торопливо пообещал ей, как всегда, рассказать обо всем в мельчайших подробностях, а затем ринулся вниз по лестнице, вскочил в свой автомобиль и через пять минут уже был в кабинете доктора Вайнлиха, который встретил его с особой любезностью.

— Вы знаете, Дагоберт, – начал он после сердечного приветствия, – что вы для меня значите! Вы моя последняя надежда. Вы, если позволите, моя последняя стрела в колчане; опора в тех ситуациях, когда уже неясно, что делать дальше.

— Я недостоин подобных комплиментов, доктор! Вы всегда находите верное решение.

— Вы слишком добры ко мне! Но если бы я мог быть везде одновременно! К сожалению, у нас опять приключился маленький казус.

— О чем идет речь?

— Об убийстве.