Книга Тайна «Красной Москвы», страница 95 – Ольга Тарасевич

Антон знал, что он красив. Сравнивал свою смазливую мордашку в зеркале с теми лицами юных актеров, которые играли в сказках. И понимал, что он выглядит точно так же привлекательно, а может, даже и лучше. Голубые глаза, темные густые ресницы, смуглая кожа. Когда он улыбается, на щеках появляются симпатичные ямочки. И рот у него тоже красивый, а зубы — ровные, белые.

Ну красив и красив.

Собственная внешность не воспринималась Антоном как некая ценность. Скорее, ему было интересно, что с ее помощью можно передать. Получалось, что показать при его лице, высоком росте и стройном теле можно очень много персонажей — и принцев, и мушкетеров, и даже принцесс. Женское платье Антон носил с легкостью, любил подвести глаза и нарумянить щеки. У мамы было много заграничной косметики, отец привозил из командировок. Правда, мама ворчала, когда замечала на лице Антона следы стертой помады и туши. Но перевоплощаться в девушку Антону было очень интересно.

Кино он старался смотреть один.

Выбирал в кинотеатре самые ранние или поздние сеансы, садился на первый ряд или боковые места.

Увлекаясь, он начинал повторять реплики героев кинофильма, мог встать и скопировать их жесты, походку, прыжки или фехтовальные выпады. Зрители по соседству пугались или хихикали, это разрывало связь Антона с действием фильма и неимоверно выводило из себя.

Учился Антон плохо. Только по русскому языку и литературе учительница регулярно ставила пятерки. Грамотность у него сформировалась благодаря любви к чтению идеальная. А школьную программу по литературе он в основном освоил самостоятельно еще в пять-шесть лет.

Ни отличником, ни «ботаником» не был, но мальчишки из класса били Антона смертным боем.

Поджидали после уроков, окружали и давай молотить портфелями-кулаками.

— Получай, кривляка и воображала!

— Думаешь, если похож на Арамиса — то тебя и побить нельзя?

— Сейчас ты не улыбки будешь копировать, а соплями мазать! Артист выискался!

Подобная ненависть Антона пугала.

Жаловаться родителям ему было стыдно.

Антон пытался осознать, за что его невзлюбили ребята, но так и не мог найти причину. Он никого не обижал, не закладывал учителям. Предпочитал после уроков не гонять в футбол, а почитать книжку? Но это же его право, почему надо унижать за это изо дня в день?..

Непонимание и страх сделали жизнь тусклой и унылой. Больше не хотелось повторять за актерами, мечтать о театре. Побить всех мальчишек было нереально, и Антон думал, что, может, если перейти в другую школу, все изменится к лучшему.

Впрочем, скоро отец заметил синяки на скулах, пришлось объясниться.

— Тебя травят, потому что ты отличаешься от них. Ты умнее, с тобой хотят дружить девочки. Поэтому ты раздражаешь. Но это нормально, — объяснил отец, доставая из шкафа спортивный костюм. — Одевайся, мы пойдем на пробежку.

— Пап, я никогда не стану таким сильным, чтобы побить восемнадцать мальчиков из нашего класса, — уныло протянул Антон, натягивая футболку.

— Ты побьешь одного-двух — остальные сами разбегутся. — Папа улыбнулся, и у Антона вдруг стало удивительно легко на душе.

Отец оказался прав. Проблему с одноклассниками навсегда решила парочка расквашенных носов.

Чем старше Антон становился — тем больше внимания ему уделяли девочки.

Им нравилось заботиться о нем — давать списывать домашнее задание, угощать яблоками и конфетами, дарить заграничную жевательную резинку или ластик. Еще они обожали давать ему для заполнения свои «анкеты». В них разноцветными фломастерами были написаны незатейливые вопросы, вроде «твой любимый фильм» или «что для тебя счастье?», а еще на страничку можно было приклеить открытку или переводную картинку.