Книга Всего лишь капелька яда, страница 57 – Марина Серова

— Это зависит от мужчины, — усмехнулась я. — Я теперь твоя должница. Спасибо. Он шантажирует тебя? — спросила я в лоб Алину, стараясь, чтобы мой голос прозвучал как можно более жестко. — Говори, себе же душу облегчишь… Смерть Липкина и твои страхи как-то взаимосвязаны?

— Я даже не знаю… — Губы у нее задрожали. — Я только подозреваю, что все это связано, но ничего не могу доказать… Но Фионов ведет себя очень странно…

— Налей мне, пожалуйста, кофе.

— Только из термоса. Устроит?

Я выразительно взглянула на роскошный белый электрический чайник «Тефаль», Алина тотчас пояснила:

— Я неделю назад уронила его, и там что-то сломалось… Все никак не приглашу одного парня, который пообещал починить.

— И ты всем предлагаешь кофе из термоса?

— Нет, что ты. Это я для себя из дому приношу, а Фионов принципиально отказывается и пьет только минеральную воду.

— И сколько дней он пьет минеральную воду?

— Да с конца июня и пьет. Чайника ему, видите ли, жалко, но я же не нарочно уронила его… Я разговаривала с Женевой, а чайник в это самое время закипел, вот я по инерции и потянулась, чтобы его выключить, а стояла я очень неудобно, короче — чайник упал.

— Значит, четвертого июля Фионов не мог пить кофе у себя в кабинете?

Она подняла на меня испуганные глаза.

— Нет. Он в тот день вообще не был здесь.

— И ты знаешь, где он был?

— Да. Я подслушала его разговор по телефону. Он звонил в гараж, к Андрею, и просил его купить билет на электричку до Кукушкина…

— До Кукушкина? И ты все это время молчала?

— Я не знаю, зачем я тебе все это рассказываю, но я боюсь его, мне кажется, что это он убил Якова Самуиловича.

— Послушай, но почему он не сказал, к примеру, Андрею, чтобы тот хорошенько заправился и отвез его на машине в Кукушкино, если уж ему это было так необходимо… Почему электричкой? Что за придурь?

— Понятия не имею. Но я не удивилась.

— Почему?

— Потому что он довольно часто обращается к Андрею с такой просьбой. Андрей даже выучил расписание электрички.

«Странно все это, — подумала я, вспоминая свой последний разговор с Андреем. — А ведь он говорил мне правду: работа, дача с вариантами, снова работа, дача… Ничего особенного. Но ведь я не спрашивала его, на чем Липкин… Стоп, по-моему, у меня засорились мозги. При чем здесь вообще Андрей? Ведь он — водитель Липкина, а не Фионова».

— Алина, но почему Фионов обращался с подобной просьбой к Андрею? У него что, нет личного водителя?

— Нет, конечно. Он сам водит свой «мерс». А к Андрею обращается, потому что так принято, что ли… Не знаю, они Андрея и за сигаретами посылают…

Я пожалела, что не расспросила Андрея о маршрутах Фионова. Ведь тогда бы я раньше узнала о том, что он четвертого июля был в Кукушкине.

Хотя это еще не доказывало его причастность к убийствам трех безработных в кукушкинском лесу. Да и вообще, были ли как-то связаны эти преступления? Еще этот отстрел собак…

— Таня, а вы не могли бы меня спрятать? За те деньги, которые я вам показывала. Я перестала спать по ночам… Мне кажется, что скоро произойдет что-то ужасное. У меня нехорошее предчувствие…

— Что с тобой, Алина? — спросила я, замечая, что от страха она снова перешла на «вы». — Если хочешь, поживи у меня просто так, бесплатно, но в чем дело-то?

— Все дело в Фионове. Понимаешь, я тогда обманула тебя… Вот тогда, когда Илья Ильич вроде бы пропал, зашел в супермаркет, а потом его якобы наш человек нашел в квартире привязанным к стулу… Так вот, Фионова в той квартире нашла я. Это была наша с ним квартира. Я была его любовницей. Но после того, как погиб Липкин, я не могу оставаться с Ильей Ильичом наедине. Я его боюсь, а спросить прямо, убил ты Яшу или нет, не могу. Я рядом с ним становлюсь какая-то безвольная. Он приказал мне приехать к нему в назначенное время, но перед этим я должна была ему позвонить и предупредить о своем приезде. У нас так заведено. Я позвонила, а трубку никто не взял. Время шло, и я боялась, что он разозлится, если я опоздаю. И вот тогда я поехала сама. У меня были ключи. Я открыла и застала его там совершенно голого, с завязанными глазами, он был намертво стянут ремнями и привязан к стулу. Я развязала его, и он, сказав мне, что у него есть важные дела, отправил меня домой, приказав позвонить почему-то тебе и рассказать, будто я узнала о том, что с ним произошло, от третьего лица и что случилось это якобы под утро… Он отвез меня домой, а сам уехал не знаю куда…