Книга Реквием по зверю, страница 84 – Марина Серова

— Да, сведений с гулькин нос, — согласился со мной Мельников. — Ладно, попробую узнать.

— Буду очень тебе обязана, Андрюша, — сказала я.

— Пока, Тань.

Я отключилась. Теперь нужно решить, что делать дальше, куда направить свои стопы.

Я посмотрела на часы: уже почти девять вечера. Да, на сегодня дел уже достаточно, поеду-ка я домой.

Дома я быстро приготовила ужин, приняла душ и легла спать.

Утро встретило меня ярким солнечным светом. Я быстро встала с постели, открыла окно и подставила лицо теплым лучам. Ну, хватит нежиться, пора приниматься за работу. Я в темпе провела все утренние процедуры и приготовила завтрак, пожарив яичницу с ветчиной и добавив к ней салат из огурцов и помидоров. Конечно же, завершила я завтрак чашечкой ароматного свежесваренного кофе. Вот этот ритуал — утренний кофе — я не пропущу ни при каких условиях.

Убрав со стола и вымыв посуду, я стала строить планы на сегодняшний день. Пожалуй, стоит поближе познакомиться с одним из знаменитой троицы учеников пятой школы, а именно — с Илларионом Пантелеймоновым. На данный момент мне неизвестно, продолжает ли отбывать свой срок Владислав Востроносиков или же он уже освободился, ведь от Андрея Мельникова еще не было звонка по этому поводу. А вот Илларион Пантелеймонов, по словам бывшей супруги Константина Скорострельникова Елизаветы Пустельниковой, работает врачом-репродуктологом. Вот только мне неизвестно, в какой именно клинике. Поэтому необходимо будет сейчас позвонить Елизавете, чтобы это выяснить.

Я набрала Пустельникову. Елизавета сняла трубку не сразу, наверное, занята по работе. Наконец, в трубке прозвучало «алло».

— Алло, Елизавета Георгиевна? — спросила я.

— Да, это я. А с кем я разговариваю? — спросила Пустельникова.

— Это — Татьяна Александровна, частный детектив. Я приходила к вам на работу, — напомнила я.

— А-а, это вы, — протянула Пустельникова не очень-то любезным тоном. — Но ведь я вам уже все рассказала при нашей встрече и больше мне добавить нечего. Извините.

Тон у Елизаветы был довольно сухой и отстраненный. Собственно, женщину можно было понять: мой визит в архитектурное бюро, где она работала, и разговор о Константине Скорострельникове всколыхнул неприятные воспоминания, о которых Елизавета предпочла бы забыть.

— Извините, Елизавета Георгиевна, но я звоню вам, потому что мне необходимо уточнить одну вещь. Вы рассказывали, что на вашей свадьбе был один из школьных товарищей вашего бывшего супруга — Илларион Пантелеймонов. Вы сказали, что он работает врачом-репродуктологом. Подскажите, пожалуйста, в какой именно клинике.

— Сожалею, Татьяна Александровна, но я не имею никаких сведений на этот счет. Простите.

В трубке послышались короткие гудки.

Ну что же. Придется самой добывать информацию о месте работы Иллариона Пантелеймонова.

Я набрала в поисковике: «Репродуктолог Пантелеймонов Илларион, город Тарасов».

В результате я получила место работы Пантелеймонова — Тарасовский перинатальный центр. Тут же были отзывы пациенток доктора:

«Благодаря замечательному доктору Иллариону Романовичу Пантелеймонову я стала мамой очаровательной Настеньки! Этого чуда мы с мужем ждали много лет. И только доктор Пантелеймонов нам помог».

«У доктора Пантелеймонова Иллариона Романовича — золотые руки и мегапрофессионализм!»