Книга Неродная кровь, страница 39 – Марина Серова

Итак, он имел обыкновение после работы зайти в уличное кафе на проспекте, чтобы выпить чашку кофе и поглазеть на проходящих мимо девушек, причем кафе это было у него одно любимое, в другие он не заходил. Вот там-то в июле месяце он и познакомился с девушкой, которая представилась как Марина. С ее слов, она была студенткой, но никаких ее документов Саркис не видел, да и вела она себя не как студентка, а как девчонка с окраины: и говорила так же, могла и матом ругнуться и мало-мальских правил приличия не признавала. Далее. Она сказала, что ей девятнадцать лет, но поскольку Саркис оказался редкостным бабником, он уверенно заявил, что никак не меньше двадцати пяти. Марина была брюнеткой, однако на теле волосы у нее были светлые, значит, брюнеткой она была крашеной.

Когда Иван поинтересовался ее особыми приметами, выяснилось, что она вся в татуировках с ног до головы, причем разноцветных, на самые разные темы и сюжеты, у нее даже на причинном месте была татуировка «Я прикольная», но это Саркис уже потом увидел. А тогда она заинтересовала его, потому что таких отвязных девиц у него еще никогда не было.

Сексом она предложила Саркису заняться сама, сказав: «Пойдем перепихнемся где-нибудь». Но оказалось, что негде, потому что у Саркиса не было ни денег на гостиницу, ни машины, где можно устроиться на заднем сиденье. И тогда она оставила ему номер своего телефона и сказала: «Как найдешь место, позвони – очень хочется с армянином трахнуться, их у меня еще не было. Только долго не тяни, а то другого найду».

В результате Саркис наскреб денег на гостиницу, позвонил Марине, и они там встретились. Эта девица вытворяла в постели такое, что он, как он выразился, на нее запал. Марина сказала, что он ей тоже понравился, так что может и дальше звонить, и они встретятся. Через некоторое время он опять наскреб денег на гостиницу, и вот тогда она ему сказала: «Неужели у тебя нет никого из друзей с пустой квартирой? Сейчас многие отдыхать уезжают, наверняка найдешь». Тогда-то ему и пришла в голову мысль воспользоваться пустой квартирой Ашота Арамовича.

Ну как он это сделал, и так ясно. По поводу адреса Марины Саркис ничего сказать не смог, он знал только то, это где-то далеко от центра, потому что слышал, как она, тормознув машину, договаривалась с водителем. Он не слышал адреса, только слова водителя, что меньше чем за пятьсот он не поедет. А Марина ему в ответ сказала, что и трехсот хватит. В результате они сошлись на четырех сотнях рублей. Еще Саркис сказал, что она интересовалась у него, чья это квартира, и он, конечно же, рассказал.

Она вела себя там совершенно свободно, везде ходила, все трогала, все смотрела, а он боялся ее одернуть, потому что тогда она могла отказаться с ним встречаться. Подушку и одеяло, кстати, принесла она, сказав, что будет там потихоньку обживаться.

Выяснив все, на этот момент необходимое, Иван сказал:

— На тот случай, если у нас появится необходимость что-то уточнить, тебе лучше пока побыть здесь.

И Саркис на это с радостью согласился, а Сергей добавил:

— Я позвоню твоей жене и скажу, что отправил тебя срочно в командировку, – и, явно не выдержав, с невыразимым презрением произнес: – Если бы я заранее знал, что ты приводил в дом моего отца такую, – подчеркнул он, – шлюху, я бы ни за что не дал тебе обещание сохранить в секрете твою подлость.