Книга Опасный цветок, страница 51 – Марина Серова

— Кого… – медленно заговорила она. – Кого… Сережу моего, вот кого.

— Каким образом? – спросила я, внимательно глядя на свою собеседницу.

— Сережа мне все рассказал, – все тем же невыразительным голосом продолжала Гаврютина, по-прежнему не глядя на меня. – Ты ей помогаешь, что ли? Так и знай, на меня эта гадина пусть не рассчитывает.

— Боюсь, Камилла Шальновская уже ни на что не сможет рассчитывать, – холодно произнесла я. – Она умерла несколько дней назад.

И я словно невзначай назвала дату смерти Камиллы. Вероника резко выпрямилась и замерла. Несколько секунд она сидела совершенно неподвижно, не произнося ни слова. Наконец она медленно повернулась в мою сторону.

— Умерла? – переспросила она, глядя на меня во все глаза. – Как?

Я внимательно смотрела на Гаврютину, продолжая гадать, не разыгрывает ли передо мной эта довольно странная женщина гениальную комедию.

— Выпала из окна собственной квартиры, – коротко сообщила я. – Разбилась насмерть.

Едва услыхав мой ответ, Вероника издала короткий резкий смешок и, вскочив со стула, проворно подошла к подвесному шкафчику у окна. Достав из него два высоких бокала, она с грохотом поставила их на стол и наполнила их красным вином почти до краев. Руки у нее при этом дрожали, возможно, от потрясения, а может быть, это проявление побочного эффекта от содержащихся в вине полезных веществ.

— За свершившееся возмездие! – провозгласила Гаврютина, подняв бокал. – Земля ей пухом.

Я со смешанными чувствами выслушала этот замысловатый тост. Это уже не было похоже на пустые кривляния, призванные сбить меня с толку. За годы практики на ниве частного сыска я научилась разбираться в нюансах человеческих эмоций и сейчас безошибочно определила, что Вероника искренне обрадовалась, узнав о гибели Камиллы.

— За что же Камилле воздалось? – попыталась я разговорить задумавшуюся было хозяйку.

— За что? – лицо Вероники исказила злобная усмешка. – Да ведь это она все подстроила. Довела Сережу до тюрьмы, а потом до могилы. Он сам мне все рассказал, но сделать было ничего нельзя, эта гадина все рассчитала!

Я скептически выслушала эти излияния. Сколько же раз мои клиенты потчевали меня слезливыми историями о безвинно осужденных ворах, мошенниках, насильниках и убийцах. Вот и Вероника искренне верила в невиновность своего Сергея, да еще явно связывала гибель Камиллы со смертью своего безвременно ушедшего возлюбленного. Тем не менее я почти не сомневалась, что Вероника действительно понятия не имела о том, что ее соперница мертва.

Но все же кое-что мне необходимо было проверить.

— А разве вы не приходили к Шальновской в тот самый день, когда она погибла? – невинно поинтересовалась я. – Дело в том, что Инесса Матвеевна, управдом, сказала, что видела вас. Вы пытались попасть в квартиру Камиллы и грозились ее убить.

Прежде чем ответить, Вероника одним махом осушила свой бокал и свирепо стукнула им по столу.

— Я?! – Она уставилась на меня, сузив глаза. – Да у этой старой карги в башке мякина слиплась! Я в больнице провалялась целых две недели, из-под капельницы не вылезала, вчера только выписалась. Вон мое барахло больничное в двух сумках, пойдем покажу!

И прежде чем я успела ответить, Гаврютина проворно ухватила меня за руку и потащила из кухни. Она настойчиво тащила меня в нужном направлении, и я покорно плелась за ней по коридору.