Книга Опасный цветок, страница 49 – Марина Серова

Не захочу, мысленно пообещала я и, расплатившись за совместный ужин, направилась к выходу.

В квартире я оказалась уже затемно и с удовольствием отметила, что сегодня мне предстоит спать в комфортной атмосфере. Уже лежа в кровати, я, по своему обыкновению, мысленно прокрутила полученную за день информацию. По большому счету мне удалось выяснить три вещи. Во-первых, зажигалка, с которой я последнее время носилась как курица с яйцом, не принадлежала Камилле. И, судя по всему, она по-прежнему оставалась единственной зацепкой, которая могла бы привести меня к убийце. Во-вторых, ночные клубы, которые посещала Камилла. Возможно, в одном из них она и встретила своего убийцу. Особый интерес у меня вызвали доселе неведомые мне «Осколки страсти». Я решила начать свои поиски именно с этого клуба, отложив на время визит в «Риф». Заодно я только сейчас внимательно рассмотрела фотографию Эдуарда, которую мне прислала клиентка. Худощавое интеллигентное лицо мужчины, явно перешагнувшего пятидесятилетний рубеж. Жгучий брюнет с высоким лбом и довольно явственными залысинами. Мягкий приветливый взгляд за стеклами очков без оправы. Эдуард скорее напоминал заведующего кафедрой какого-нибудь гуманитарного вуза, чем владельца крупной сети салонов красоты.

И, наконец, в-третьих, – Вероника Гаврютина. Встречу именно с этой особой я запланировала на завтрашнее утро. Я уже неоднократно приходила к выводу, что именно у Вероники был хоть какой-то внятный мотив убийства Камиллы Шальновской. Приняв это решение, я не заметила, как провалилась в сон.

В десятом часу утра я уже подъезжала к одноэтажному дому, расположенному по Первому Лучевому проезду. Мне пришлось припарковаться на пустыре напротив чахлого палисадника, отделявшего дом от проезжей части. Более подходящего места для парковки в этой местности, дышавшей покоем почти сельской идиллии, увы, не нашлось.

Выйдя из машины, я с некоторой опаской огляделась по сторонам. Опасаться, собственно говоря, было некого. Шагах в десяти от меня грелась на утреннем солнце дворовая собачонка, которая лениво повернула голову в мою сторону, но тотчас вновь задремала. Решив, что животное вряд ли угрожает сохранности машины, я подошла к низенькой калитке, ведущей во двор. Калитка оказалась не заперта, и я, пройдя через заросший сорняками пыльный дворик, поднялась на крыльцо и принялась стучать в деревянную дверь. Никто на мой стук не отозвался, и я потянула дверь на себя. Как я и рассчитывала, входная дверь также оказалась не заперта. Шагнув внутрь, я едва не сшибла высокую и очень худую шатенку лет сорока. Мы одновременно отпрянули, настороженно глядя друг на друга. Женщина стояла лицом к дверному проему, ярко освещенная утренним солнцем. Вглядевшись в лицо хозяйки дома, я поняла, что она гораздо моложе, чем показалось мне в первое мгновение. В действительности женщине было не больше двадцати пяти лет, но изжелта-бледная кожа и глубокие тени под ввалившимися темно-карими глазами, а главное, утомленный и какой-то затравленный взгляд визуально делали ее значительно старше. Я уже столько раз слышала описание этой женщины от разных людей, что сейчас у меня не возникло и тени сомнения – передо мной Вероника Гаврютина.

— Вы Вероника? – Я задала этот вопрос не для того, чтобы убедиться в своей правоте, мне лишь нужно было объяснить свое появление на пороге дома Гаврютиной, прежде чем она захлопнет дверь перед моим носом. Увидев слабый кивок, я продемонстрировала Веронике свое удостоверение. – Я частный детектив Татьяна Иванова, – произнесла я скороговоркой. – Вы не возражаете, если я задам вам несколько вопросов?