Книга Круто закручено. Дамские штучки, страница 33 – Марина Серова

Меня совершенно не интересовало, насколько Чернов вежливый человек и какими проблемами из жизни вахтерши он интересуется. Но я не прерывала ее. Пусть говорит, авось скажет что-нибудь важное, нужное мне.

— А вот когда вечером приходит, это, значит, когда после работы опять забегает, никогда не разговаривает, – продолжала вахтерша. – Рукой вот так помашет, – она показала, как Чернов машет рукой, – ключ возьмет и к себе, на второй этаж.

— И часто он по вечерам приходит?

— Нет, редко. А вчера был, вчера как раз приходил…

Тут и Вересов прислушался, сообщение его заинтересовало.

— В какое время он вчера приходил?

— А после восьми, как раз по радио известия передавать кончили. Пришел, рукой помахал (она опять показала, как махал рукой Чернов), ключ забрал и к себе наверх. Только он там долго не задержался. Он, когда по вечерам приходит, никогда долго не задерживается. Минут пять, не больше. Туда и обратно. Вроде как забыл чего-то… Пришел, взял и опять ушел…

— В руках что-нибудь нес?

— Нет, ничего не нес. Как пришел с пустыми руками, так и ушел. Ключ отдал, рукой помахал и ушел. Ни слова не сказал. А что, пропало чего-нибудь? – Эх, как у нее глаза-то загорелись… – Или случилось чего?

— Нет, ничего не случилось, Людмила Сергеевна, – попытался успокоить вахтершу Вересов. – Просто мне нужен Чернов, а его нет, вот я и интересуюсь. Он ведь сегодня на работу не приходил?

— Не приходил, – подтвердила Людмила Сергеевна. – Только вчера, когда он третий раз пришел, я так и подумала: что-то случилось. Уж очень он сердитый был. Я нашего Евгения Константиновича никогда таким не видела.

— Вы хотите сказать, что Чернов вчера третий раз приходил? – кажется, на сей раз Вересов не поверил вахтерше.

— Ну да. Молча взял ключ и побежал наверх. Даже рукой не помахал. Никогда раньше не бегал, солидный все-таки человек ив возрасте. А тут побежал.

Вересов после этого ее сообщения в ступор впал – стоит, молчит и смотрит куда-то в сторону. Так что пришлось инициативу брать на себя.

— Это в какое время было?

— Да ведь как раз полдесятого, наверно, и было. Он сбежал по лестнице, ключ мне на стол бросил и за дверь. Ни слова не сказал. Я все сидела и думала, что с ним такое случилось, а тут и сменщица пришла. Так что я быстро домой собралась.

— А больше вчера никто не приходил?

— Да нет, которые остались, те работали. А из тех, кто ушел, никто больше и не приходил, окромя Чернова.

— Крон, наверное, оставался, Лаврентьева, Сидоров? – перечислила я своих подозреваемых.

— Лаврентьева как раз и оставалась. А Крон ушел. И Сидоров тоже. Как шесть часов пробило, так оба они и ушли. А Лаврентьева еще после меня оставалась.

— Спасибо, Людмила Сергеевна, полную вы ясность нам сейчас представили, – довольно вычурно высказался вышедший наконец из ступора Вересов. – Пойдемте, что ли, Татьяна Александровна?

И мы снова пошли. А уже когда садились в машину, Вересов спросил:

— Как вы догадались, Татьяна Александровна?

А как я догадалась? Да ни о чем я не догадалась. Просто почувствовала, что надо с вахтером поговорить. А точнее, подсознательно поступила по правилу: когда ведешь розыск, спрашивай об интересующем тебя у всех, кто может что-то знать. Каждого, кто соприкасался с объектом твоих поисков, считай потенциальным обладателем нужной тебе информации. Чем больше людей опросишь, тем большая вероятность, что что-нибудь толковое узнаешь. А вахтеры, они на перекрестке всех дорог, многое могут рассказать.