Книга Круто закручено. Дамские штучки, страница 36 – Марина Серова

— Деньги нужны всем, – Вересов пожал плечами. – Но есть кое-что гораздо важней денег…

На этом и закончились наши разговоры. Решили, что жене Чернова о смерти ее мужа сообщит Вересов.

— И попросите Ларису Витальевну, пусть она побудет сегодня у Черновых. Сочувствующий человек там сегодня очень нужен, тем более женщина, – посоветовала я.

— Совершенно верно, – поддержал меня Мельников. – А завтра, часам к десяти, привозите жену Чернова сюда. Вас, надеюсь, не затруднит с ней приехать?

* * *

Вересов ушел, а мы втроем остались в кабинете Мельникова.

— У тебя что? – спросил Мельников Самойлова.

— А у меня ничего. Отпечатков его пальцев в нашей картотеке нет, по фотографии никто опознать его не может, среди пропавших без вести не числится, документов подходящих никто не находил… Зато у вас, кажется, полный ажур?

— Ага, – подтвердил Мельников. – У нас теперь почти полная ясность – точно знаем, кого убили. Осталась мелочовка: непонятно, за что убили и кто убил. А дальше уж совсем пустяки: убийцу поймать. Вот и надо нам сейчас сообразить, как это все сделать. Ты, Танька, уже над этим делом думала, давай выкладывай свои мысли.

Я выложила все свои мысли и сомнения. Мыслей было мало, сомнений много. С одной стороны, все сходилось на том, что сведения передавал Чернов. Ему это делать было проще, чем кому-нибудь другому. И убрать его могли, как Мельников это определил, чтобы замести следы. Причем если сведения передавал Чернов, то, разумеется, делал это не даром, а за довольно крупную сумму, которую заказчики, вполне возможно, платить не захотели. Теперь, когда тетрадь с последними формулами была у конкурентов, Чернов им был не нужен. Более того – в какой-то степени мешал. И проще убрать его, чем платить эту крупную сумму.

— Подходит, – согласился Мельников. – Значит, считаешь, что Чернов передал конкурентам тетрадь, а потом те его убрали…

— Я-то, может быть, так и считаю, а вот Вересов так не считает. Он уверен, что Чернов не мог передать кому-то секрет фирмы. А его мнение нам учитывать надо. Мы ведь о Чернове никакого представления не имеем, а Вересов его хорошо знал, они что-то лет двадцать вместе работали. Да и учились, кажется, вместе.

— Но если тетрадь передал конкурентам не Чернов, то вроде бы нет причины его убирать, – включился в разговор Витя Самойлов.

— Причина есть, – не согласилась я. – Только давайте я вам все по порядку расскажу.

— Давай по порядку. – Мельников открыл свой сейф, вынул оттуда пустую бутылку, с презрением осмотрел ее и засунул обратно. – И кто ее сюда пустую положил – непонятно. Везде, куда ни посмотришь, – пустые бутылки, и ни одной полной, – пожаловался он. – Витя, может, сбегаешь?

— Не надо, мальчики, – попросила я. – Давайте не будем сегодня.

— Не будем так не будем. – Мельников закрыл сейф, вернулся к своему столу и сел. – Значит, весь день, пока я искал по городу твою пропавшую душу, ты в этой самой конторе сидела? Так, что ли?!

— Сидела, – призналась я. – Но, честное слово, Мельников, я собиралась к тебе прийти после обеда. И, как видишь, пришла. И не с пустыми руками.

— Как думаешь, простим, что ли, на первый раз? – спросил Мельников Самойлова.

— Так если бы это первый раз… – откликнулся тот. – Кто-то, мне помнится, вчера говорил, что труп на лестничной площадке никак с его делами не связан…