Онлайн книга «Ловушка для дурака»
|
— Вы сидели, смотря на часы? – не удержалась я, но Баба Рита совершенно не обиделась и признала, что так и было: — Я чувствовала, что он придет. Нет, только не это снова. Едем дальше. — Далее вы отправились… Она закраснелась. Я уточнила: — Прямо сразу? Она кивнула. — Конечно, тут ничего удивительного нет, все-таки давно не виделись, – промямлила я, – но, наверное, вы потом перекусили, попили кофе… Баба Рита алела уже кумачом, но стыдливо призналась, что да. — Во сколько? — В двадцать два пятьдесят. Ого. Неплохо с обеих сторон. — Хорошо. Возможно, вы припомните, о чем вы говорили. — Максим рассказывал, что вынужден участвовать в сверхсекретной операции, детали которой он поведать не может даже мне, чтобы не подвергать меня опасности. Что это связано с оборонным комплексом, вроде бы так. Говорил о том, как ему важна моя безопасность. — Скажите… а вопрос о деньгах как-то, в каком-то аспекте поднимался? — Нет. — Ну, каким-то образом, может, косвенно. Баба Рита послушно подумала. — Честно говоря, не припомню. Вот разве что о квартирах говорили. — О квартирах… — Да, к слову пришлось. Налоговая выставила мне колоссальный счет по всем моим объектам… — Которых много? – деликатно осведомилась я. — Хватает, – призналась она, – вот потому-то и зашел разговор. Я переоформила парочку на Максима. Я аж поперхнулась. Парочку. На Максима. — И он об этом… знал? – еще более деликатно спросила я. — Я очень ругаю себя за то, что сказала ему об этом… Ох, ну слава богу, все-таки небезнадежная она… — …это его очень ранило. Нет, все-таки безнадежная. — Когда вы ему об этом сказали? Она подумала и призналась: — Было уже около часу ночи. — И вы говорите, что ваш муж очень огорчился, узнав об этом. — Да, чрезвычайно. Он очень чувствительный, ранимый, щепетильный. Он страдает, что зарабатывает меньше меня, а у меня… у меня не хватило деликатности держать при себе свои неуклюжие попытки осчастливить человека против его воли! И Баба Рита наконец-то разрыдалась. — Маргарита Николаевна, вы что такое говорите? – взмолилась я. – Пожалуйста, объясните, иначе я никак не смогу вам помочь. Моя чувствительная клиентка изящно высморкалась в платочек и снова бросила на меня укоризненный взгляд. Я лишь горестно развела руками: простите, мол, толстокожую и непонятливую. Добрая Баба Рита снизошла до моего уровня: — Мне не надо было тайком проводить переоформление, надо было посоветоваться с ним. Но я точно знала: вот заикнись я об этом – и он бы наотрез отказался. И я пошла на партизанщину. — Подождите, но даже если бы он отказался, вам бы никто не помешал поступить по-своему, разве нет? — Это дело принципа! Мужского принципа, – уточнила она веско, – ему важно чувствовать себя главой семейства, а в моей ситуации, сами понимаете, это непросто. О, мой бедный разум. — Ну, хорошо. Стало быть, у вас был конфликт и… кстати, что потом? Она снова зарделась: — Чтобы как-то исправить ситуацию, пришлось извиняться. — Хорошо, во сколько? — Этого я уже не припоминаю. Как-то не до того было. Вроде бы Наиля пришла, когда картинка упала… Я с большим трудом подавила желание выдать ей подзатыльника. В самом деле, вот взрослая же женщина, что ж нельзя изложить все сразу и толком, а не хихикать и жеманиться, как гимназистка. |