Книга Рецепт убийства для настоящей лентяйки, страница 28 – Мэрион Чесни Гиббонс

— Пришел рассказать вам про то, как прошло слушание дела, – сообщил он. – Я заходил и вчера, но вас не было.

— Я встречалась с друзьями, – высокомерно ответила Агата. – На самом деле двое из них приезжают на выходные и остановятся у меня. Но заходите.

— Зачем к вам подходила эта дамочка Барр? – с любопытством поинтересовался Билл Вонг, следуя за Агатой в кухню.

— Обвиняла меня в убийстве, – буркнула она себе под нос, убирая бакалейные товары в кухонный шкаф. – Кофе хотите?

— Да, будьте добры. Значит, расследование закончено, мистера Каммингс-Брауна кремируют, а его прах развеют над Солсберийской равниной в память о его армейской службе.

— Насколько я поняла, миссис Каммингс-Браун потеряла сознание во время слушания дела, – заявила Агата.

— Да, да, она совсем расклеилась. Две ложки сахара, пожалуйста, и чуть-чуть молока. Очень впечатляюще.

Агата повернулась и посмотрела на него, внезапно заинтересовавшись.

— Вы считаете, что это все было напоказ?

— Вполне может быть. Но меня удивило количество оплакивающих его людей. На слушание собралось немало дам, которые плакали и утирали глаза платочками.

— С мужьями? Или сами по себе?

— Сами по себе.

Агата поставила перед гостем чашку кофе, налила кофе и себе и уселась за кухонный стол напротив Билла Вонга.

— Что-то вас беспокоит, – заметила Агата.

— О, дело закрыто, а у меня полно работы. В Мирчестере, можно сказать, эпидемия: массово угоняют автомобили, чтобы просто покататься.

— В какое время миссис Каммингс-Браун легла спать в тот вечер, когда умер ее муж? – поинтересовалась Агата.

— Сразу после полуночи или около того.

— Но «Рыжий лев» закрывается ровно в одиннадцать, а от него до их дома всего несколько минут пешком.

— Она сказала, что муж часто приходил поздно, пил с друзьями.

Агата прищурилась:

— Так-так. Значит, на слушании дела много женщин плакали. Только не говорите мне, что этот старый черт с напоминающими ручки кувшина ушами еще был бабником.

— Доказательств нет.

— Тем не менее миссис Картрайт всегда побеждала в конкурсе. Почему?

— Может, у нее лучшая выпечка.

— Никто не печет киш лучше мистера Экономидеса, – твердо заявила Агата.

— Но вы-то из пришельцев. Гораздо более естественно вручить приз кому-то из местных.

— Тем не менее…

— По выражению ваших глаз, миссис Рейзин, я вижу, что вам все-таки хотелось бы, чтобы это оказалось убийство и ваша совесть была бы чиста.

— Зачем вы ко мне пришли? Зачем вам рассказывать мне про слушание дела?

— Я подумал, что вам будет интересно. Ему посвящена заметка в сегодняшней газете «Глостершир Телеграф».

— У вас есть эта газета? – спросила Агата. – Дайте мне взглянуть.

Билл Вонг опустил руку в карман и извлек оттуда смятую газету:

— Третья полоса.

Агата раскрыла газету на третьей полосе.

«Вчера в коронерском суде^[21] в Мирчестере [читала она] был вынесен вердикт: смерть в результате несчастного случая из-за употребления в пишу отравленного киша. Жертвой стал мистер Реджинальд Каммингс-Браун, пятидесяти восьми лет, проживавший в доме «Сливовые деревья», в Карсли. Давая показания, старший инспектор полиции Уилкес заявил, что в киш со шпинатом случайно попал вех ядовитый. Киш купила новая жительница деревни миссис Агата Рейзин. Она приобрела киш в лондонской кулинарной лавке и принесла его на конкурс, который проводился в деревне, выдав за киш собственного изготовления. Мистер Каммингс-Браун судил этот конкурс.