Книга Сад твоей лжи, страница 101 – Лиз Ньюджент

Она собиралась провести в Риме три дня, чтобы поучаствовать в съемках для итальянского модного журнала. Очевидно, Карен нравилась ее работа, если это можно так назвать, – для меня это звучало как один большой отпуск.

— Но ты себе даже не представляешь! – рассмеялась она. – Все эти переносы и съемки в неудобных позах и в одежде, которую к тебе чуть ли не пришивают, а еще в жару или в минусовую температуру! Попробуй пофотографироваться в рекламе летней коллекции на ирландском пляже в январе, а потом расскажешь мне, насколько это гламурно.

Когда она спрашивала меня про работу и повседневную жизнь, я избегал разговоров про быт и вместо этого рассказывал про свою новую должность.

— На самом деле довольно скучно, – сказал я извиняющимся тоном.

— Но у тебя же все складывается хорошо? Должно быть, ты уже большой начальник, раз можешь позволить себе заграничный отдых?

Я взял кредит в банке.

Когда мы приземлились, оказалось, что Карен не надо работать до завтра, так что у нее был полностью свободный день в Риме. У меня будто сбывалась очень давняя тайная мечта.

— Ненавижу путешествовать одна. В команде, с которой я работаю, одни итальянцы, и я никого из них не знаю. Давай проведем день вместе? Я тоже никогда не была в Риме, так что пошли смотреть достопримечательности. – Она сжала мою руку, чтобы уговорить меня согласиться. Как будто меня нужно было уговаривать.

Когда мы поймали наши чемоданы на ленте и вышли наружу, мне в лицо ударила такая волна жара, какую я раньше не ощущал никогда. Карен вызвала такси.

— Запишу на свой счет, – сказала она, и я вздохнул с облегчением, потому что собирался сесть на автобус. Мы решили сначала поехать в мой отель, чтобы оставить мои сумки, а потом – в ее, потому что он находился ближе к центру. Поездка на такси оказалась для меня откровением. Из-за каждого угла выплывал памятник, или здание, или скульптура прямиком из моих книжек по истории. Было почти страшно смотреть, как они до сих пор стоят посреди орд туристов.

Мы остановились у моего «отеля» в полузаброшенном квартале за вокзалом Термини. На обветшалую улочку выходила деревянная дверь, за которой располагались два крутых лестничных пролета, ведущих на крошечный ресепшен. Я быстро закинул чемодан в свой неказистый номер, пошел в ванную, сполоснул подмышки, четырьмя размашистыми движениями распылил на себя дезодорант и переоделся в свою лучшую рубашку: льняную и с длинным рукавом.

Я глянул на себя в зеркало и на одну ужасную секунду увидел в нем своего отца. Дома на шкафчике у стены стояла его фотография вместе с командой по регби на торжественном обеде: зализанные назад темные волосы, точеный подбородок. У него под левым глазом тоже был синяк, который он заработал во время жесткого столкновения на спортивной площадке. Я был так же красив, как он. Чисто визуально мы с Карен были не такой уж странной парой. На долю секунды мне стало жаль, что отец не успел увидеть меня таким, но я не хотел портить момент мыслями о нем и выкинул их из головы. Карен ждала в такси. Выбегая, я чуть не швырнулся ключами в мальчика на стойке регистрации по имени Марио. Но он меня остановил.

— Звонила ваша мама, – сказал Марио как персонаж из рекламы пиццы.

— Моя мама? – переспросил я, смутившись.