Книга Белая Бабочка, страница 46 – Уолтер Мосли

Чего я ожидал от нее? Она отодвинулась от меня и прижалась спиной к двери. Покачала красивой головкой:

— Да, тебя влечет ко мне, но можно ли это назвать любовью?

— Что ты имеешь в виду?

— Иногда ты смотришь на меня, как собака на мясо. Меня пугает твой взгляд, я боюсь, как бы ты чего-то не натворил.

— Чего же, например?

— А того, что вчера ночью.

Я растерялся, вспомнив, что она назвала это изнасилованием. Какое там! Разве так себя ведут насильники, напав на женщину? Верно, Регина не хотела, и я взял ее против воли, поступив скверно. Но как признаться в этом?

Мое молчание взбесило ее.

— А ты не хочешь трахнуть меня прямо здесь? – крикнула она.

— Успокойся, детка. Зачем ты так?

— Вот оно что? Я еще должна молчать, пока ты меня насилуешь?

— Ну, прости меня.

— Ах, простить? И это все? Ты хочешь извиниться за то, что изнасиловал меня?

Я повернулся к ней, разбив при этом локтем стекло. Острая боль в руке отвлекла меня.

— Какого черта ты вытворяешь, Изи? – В голосе Регины звучал страх.

— Давай притормозим, Регина. Не стоит заходить туда, откуда нет возврата. – Я говорил негромко и осторожно.

Включив мотор, я поехал дальше. Она смотрела вперед. Я тоже, стараясь не думать о неприязни, возникшей между нами.

Силуэты пальм напоминали невероятно высоких худеньких девушек с растрепанными волосами и слегка сутулых. Интересно, о чем они думают?

— Ты должен поговорить со мной, – сказала Регина. – И выслушать меня.

— Что ты хочешь мне сказать?

Она смотрела в окно, но, кажется, ничего не видела.

— Я вырастила тринадцать голодных братьев и каждое утро подавала отцу яичницу на закуску к его виски.

— Знаю.

— Нет! Ты не знаешь! – Она никогда еще не кричала так громко. – Нет, ты не знаешь, – повторила Регина, часто и громко дыша. – Да, ты знаешь, что так было, но не представляешь, каково это, когда четырнадцать мужчин надеются только на тебя и жалуются только тебе, постоянно что-то выпрашивая. То карманные деньги, то свободный субботний вечер. И никогда не спросят о твоих проблемах… Они всегда избиты или пьяны, и только ты способна им помочь.

Я остановил машину возле нашего дома, и, когда открыл дверцу, посыпалось разбитое стекло.

— И все-таки они были лучше тебя, – продолжала Регина, – потому что хотя бы нуждались во мне. Может, я и нужна тебе как женщина. Может, тебе даже хочется, чтобы я потеряла голову или кончила. Но что бы я ни сделала, как бы ни любила тебя, все равно каждое утро ты будешь уходить из дома неизвестно куда.

— Всем приходится ходить на работу, детка.

— Ты не понимаешь. Я хочу стать частью твоей жизни, а не девкой, сосущей твой член и рожающей твоих детей.

Когда так говорила Марла, я дико заводился. Но когда такое несет жена, хочется оторвать ей голову. Однако я сдержался, зная, что заслужил это.

Регина молчала, уставившись куда-то вперед. Я рассматривал циферблат часов на панели машины. Минуты через четыре у меня вырвалось:

— Я принес деньги.

— Они мне не нужны.

— Я покажу тебе, где работаю и что делаю.

— Да… – Регина ждала продолжения.

— Можно устроить вечеринку и пригласить всех моих знакомых.

Она чуть смягчилась. В этот момент я уловил запах жареной окры, памятный мне со дня похорон моей мамы. Тогда мне, семилетнему, ужасно не понравились глаза священника.