Книга Интрижка, страница 83 – Флора Коллинз

Брендон щиплет себя за кончик носа.

— Мне нечего сказать. Я знал совсем другого человека, не убийцу беременной жены. – Он прикрывает веки, будто хочет, чтобы я исчезла с глаз.

— Так кем же он был? – Я сжимаю подлокотники, аж костяшки белеют. – Прошу, я ничего не понимаю! Из-за него я лишилась карьеры и репутации. Хочу все выяснить и успокоиться, понять: моей вины тут нет. – Слегка перегибаю палку, но вроде клюет. Трудно отказать печальной красавице.

Он пускается в воспоминания о младшем брате, который всю жизнь был слабеньким и странным, отставал в математике и чтении, нагонял программу после уроков. На физкультуре его брали в команду последним, друга нашел только одного, да и то с трудом.

— А потом он поступил в университет, и все переменилось. Он заинтересовался экономикой. Работал не покладая рук, мы с родителями очень удивлялись. У него вдруг появилась цель. Он так и остался странным, зато его приняли в магистратуру, причем на престижное направление. Доучивался в Колумбии, как вы знаете, закончил в двадцать четыре. Во всем хотел быть первым. Стоило его поддеть: «Ты не умеешь в шахматы играть» или «Чтоб ты да боролся?!», как он сразу предлагал сразиться в шахматы или врукопашную во дворе. – Брендон перебирает бумаги. – Честно говоря, мы почти не общались. Когда родители умерли, возникли кое-какие сложности с завещанием, наши пути разошлись. Помню, когда он начал встречаться с Одилией, сказал: она его понимает, у нее тоже сестра, которую не обогнать. Полагаю, в мой огород был камешек.

Пейдж?! Неуверенная в себе, одинокая Пейдж и есть сестра, которую не обогнать? Надо бы за ней последить.

— Знаете, он очень изменился, когда стал изучать бизнес. Освоился в обществе, если можно так сказать. Научился располагать к себе. И это парень, который прежде двух слов связать не мог! А тут вдруг начал играть в гольф с людьми, у которых доход в двадцать раз больше моего. Мышцы накачал, сделал стрижку получше. В общем, нашел себя. – Брендон задумчиво постучал пальцами по столу. – Тут без девушки не обошлось. Не помню, как ее звали… как греческую богиню, а какую… Она с этим помогла. И выстроить фирму помогла.

Перехватываю его взгляд.

— Точно не помните, как ее звали?

Он качает головой, беспомощно пожимает плечами и сидит с задумчивым видом – думает, стоит ли продолжать. Я терпеливо наклоняюсь к нему, побуждаю рассказывать дальше. Он со вздохом сдается.

— Ходили слухи, будто отношения у них… со странностями. Он вроде как любил втроем, что-то такое. – Последнюю фразу Брендон выплевывает, точно крошку в горле. – Толком я ничего сам не пойму. Застенчивый, чудаковатый Том, с которым я вырос, никогда не убил бы жену и будущего ребенка. Страшно даже думать, что я жил с чудовищем. Что мы стали такими разными, хотя гены у нас одинаковые.

Раздается стук в дверь.

— Похоже, следующий студент.

Поблагодарив Брендона, я шагаю к выходу.

— Вера! Вы ни в чем не виноваты. Я тоже иногда виню себя. Думаю: может, не стоило исчезать из его жизни? Если бы мы встретились, общались, этого бы не случилось?.. Поймите, не нужно себя мучить всяческими «может». Правда. Надеюсь, вам станет легче.

Он поднимает на прощание руку. Я отвечаю тем же, глядя в его глаза – глаза Тома, – и выхожу.