Книга Интрижка, страница 66 – Флора Коллинз

— Ты сказала, женщины будут разных возрастов? – Пейдж послушно кивает. – Так, если книжный клуб из Бруклина, они могли и правда прочесть книгу. А еще они станут обсуждать мужей, жен, детей, школы, политику. Особенно политику. Десять лет назад? Они бы только глаза отвели, если бы ты завела эту тему. А сейчас на первом месте нарочитый активизм, и неважно, что мужья у них занимаются добычей ископаемых. Такие люди изображают «прогрессивных». Чем они богаче, тем тщательнее будут это скрывать. Вспомни, в каком виде папарацци засняли Марка Цукерберга с женой. Они одеты в мешковатые свитера. Поверь, в этом книжном клубе у всех левые взгляды, правда, участницам не хватает ума сообразить, что они с мужьями и влияют на неравенство в зарплатах. Они с радостью критикуют Обаму, но чисто по-женски на него беззастенчиво заглядываются – он ведь такой примерный муж. Разумеется, ненавидят Трампа, тем не менее в душе благодарят за налоговые каникулы. О последнем лучше не упоминать. Большинство голосовало за Элизабет Уоррен в две тысячи двадцатом. Они ратуют за силу женщин, однако самые ловкие умеют и покритиковать движение. Их дети, если они есть, питаются всяким там органическим, хотя найдется и участница, которая поддерживает интуитивное питание – правда, не следует ему. Они любят «натуральное» вино, любят хвастаться одеждой, произведенной из местных материалов. То же самое с едой. Они любят хвастаться своими пожертвованиями для людей, которые не в состоянии оплатить залог, а еще тем, как их чуть не арестовали на митингах против полицейского произвола, а сами нанимают охрану для своих роскошных вечеринок и просят не ездить по ночам по «сама понимаешь каким» районам – то есть тем, где живут чернокожие. Большинство участниц клуба белые, хотя может встретиться и темнокожая женщина смешанного происхождения – южноазиатского, например. Ни при каких обстоятельствах нельзя намекать, что они не работают. Упоминать, что они нанимают слуг, тоже нельзя, разве что няню, и то если она «часть семьи». Будешь слишком умничать, в тебе распознают новенькую и будут относиться свысока. Пусть хозяйка задает тон, даже если она зануда. Я в свое время расстроила немало хозяек дома, не повторяй моих ошибок.

Я перевожу дух, а Пейдж тем временем печатает. Подхожу ближе. Оказывается, записывает мои слова. Я невольно улыбаюсь.

— И как ты все это узнала? – искренне удивляется она. – Ты ведь не из их круга.

Думаю над ответом и выдаю:

— Методом проб и ошибок. Много помогала ВИП-клиенткам «Магдалины».

Смотрела на жизнь своей мечты и мотала на ус.

— Знаешь лучший способ влиться в компанию, всем понравиться? Особенно богачам и сильным мира сего? – Подняв голову, Пейдж жадно внимает. – Спрашивай о них. Притворяйся, что интереснее никого на свете нет. Больше слушай, меньше говори. Нельзя расспрашивать об Одилии напрямую. Пусть тема сама всплывет. Так меня сосед учил, журналист. – Пейдж и это печатает, и я гордо выпрямляю спину. Моя послушная ученица. – А теперь займемся макияжем.

Я веду ее в необъятную ванную. Две раковины, новая душевая кабинка, джакузи. Да уж, от стильного интерьера пришлось избавиться, чтобы уместить всю эту безвкусицу для нуворишей.

Киваю на табуретку у туалетного столика, и Пейдж послушно садится, а сама устраиваюсь на стуле, который стоит скорее для декора.