Книга Последнее дело майора Чистова, страница 20 – Евгений Водолазкин

— Именно что добрался, – шептал майор, стирая со лба пот. – Добрался, мать твою…

Дышал тяжело. Это была его обычная прогулка, рекомендованная врачом для борьбы с лишним весом. Прогулки не помогали. Печально глядя на Чистова, врач констатировал, что вес его становится всё более лишним.

Подходя к дому, в одном из окон четвертого этажа майор Чистов заметил подполковника Гущина. Выходило, что его квартира располагалась прямо над квартирой майора. Несмотря на вечернюю прохладу, окно было полуоткрыто, и Гущин, уже сильно навеселе, выпускал в него дым. Он пребывал в приподнятом настроении, в руке его поблескивал какой-то духовой инструмент – условно говоря, горн.

Увидев Чистова, подполковник закричал: «Команда: к бою!». Он поднес горн к губам, и раздался ржавый скрежещущий звук. Свесившись из окна, Гущин спросил, может ли женщина быть подполковником. При звуках горна открылись и другие окна. У Гущина был очень громкий голос. Этот голос приказал майору маршировать на месте и повторил заданный вопрос. Не сбавляя шага, Чистов ответил, что это во многом зависит от полковника. Гущин раскатисто захохотал, и в открытых окнах зааплодировали.

Майор поднялся на четвертый этаж. Дверь нужной ему квартиры была открыта, и в ней он от неожиданности споткнулся.

— Тоня… Ты?

— К-каспар! П-представь себе – я!

Судя по Тониной улыбке, к встрече она была готова. Гущин положил им руки на плечи, и показалось, что он немного протрезвел.

— Вы знакомы?

— Мы, – Чистов бросил быстрый взгляд на Тоню, – воспитывались в одном интернате.

— Вы? С ней? – Подполковник зашелся в смехе, переходящем в кашель. – Так вот почему она заикается!

Майор хотел что-то еще добавить, но Гущин уже не слушал. Он задавал следующий вопрос – о том, может ли женщина быть подполковником. Тоня напомнила, что он только что об этом спрашивал.

— В самом деле?

Гущин провел языком по усам. Что-то он не очень в это верит. Но знает одно: ее зовут Тоня. Взгляд подполковника надолго остановился на Тоне. И она заика. А Чистова зовут Каспар, что ему, Гущину, конечно же, давно известно… Ну и имечко! Тоня – от Антонины. А Каспар? Есть ли от него – ну, это…

— Уменьшительное? – подсказала Тоня.

— Ну да, уменьшительное!

Майор пожал плечами. Улыбнулся.

— Наверное, Чистов. Больше не уменьшается.

— У-уменьши-и-тельное, – протянул Гущин. – Начинается на у – чувствуете? А я читал про одного полковника, который написал роман. Так вот, в этом романе все слова начинались на у! Настоящий полковник! Мужик! Помню только первую фразу: «Угодила умеренным ужином». А Тонька мне не угодила!

Он ударил кулаком по столу, и салатницы с салатами исполнили синхронное па. Было очевидно, что к ним никто не притрагивался. Основной удар пришелся на литровую бутылку водки. Она была на две трети пуста, и это объясняло приподнятое настроение подполковника. Тоня усадила гостя и положила ему селедку под шубой.

В какой-то момент подполковник примерно на полчаса исчез, но в конце концов, сопровождаемый звуками воды из бачка, появился. Задевая стулья, пересек комнату. Налил себе в фужер водки и провозгласил тост за тех, кто под полковником. Заэтих созданий он предложил пить стоя.«Эти создания» кажется ему удачным наименованием женщин – оно прозвучало в тосте еще несколько раз.