Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 133 – Корнелл Вулрич

Когда полиция прибыла на место преступления, выяснилось, что мистер Дидрих погиб на месте. Выстрелом ему снесло часть головы. Небольшой сейф в библиотеке, расположенной поблизости, был обнаружен взломанным, а его содержимое – разбросанным по полу. Не удалось сразу выяснить, пропали ли какие-либо деньги. Дидрих жаловался на то, что в течение последних нескольких недель время от времени исчезали небольшие суммы наличными, и полиция склонна полагать, что он устроил ловушку для вора, обнаружил Ниринга грабящим сейф, попытался позвать на помощь, был под дулом обреза загнан разъяренным злоумышленником обратно в оранжерею и застрелен.

Согласно описанию, предоставленному Эймсом, убийца среднего роста, на вид ему около двадцати семи – двадцати восьми лет, у него светло-каштановые волосы и карие глаза, а внешность обманчиво приятная. На тыльной стороне левого запястья у него вытатуирован маленький синий якорь.

Полиция следит за всеми главными дорогами, ведущими в город, и в ближайшее время ожидается арест.

Он подвинул манжету, и маленький синий якорь исчез из виду.

Убийство! Это слово озарило его разум, как вспышка сигнальной ракеты. Один из тех мигающих огней, которые застывают на фоне ночного неба во время фейерверка и озаряют все вокруг бледным, мертвенно-зеленым светом.

Фрэнк провел тыльной стороной ладони по губам, как будто хотел избавиться от неприятного привкуса. Теперь он был одним из них. Из тех, за кем охотились. Могли убить по закону. Он был убийцей.

Для него не осталось ни приюта, ни пощады. Земные законы лишь исполняли то, что санкционировал сам божественный закон. «Кто прольет кровь человека, да будет кровь его пролита человеком».

Он был убийцей. Изгнанником, неприкасаемым.

Теперь все стало понятно; смысл поведения человека в сером, молчаливая и мрачная погоня, рейд на его квартиру глубокой ночью. Занавес поднялся, и взгляду открылось то, что было за ним спрятано. Это не личная месть, не тайный враг, явившийся из миазмов прошлого, чтобы преследовать Таунсенда. Против него обратилось само общество. Тот человек, должно быть, из полиции. Кто же еще посмел бы выхватить пистолет на переполненной платформе метро и разбить вагонное стекло?

Его легко тронула чья-то рука, и прикосновение пронзило до сердца, как электрический разряд.

— Пожалуйста, не спите здесь, – тактично пробормотал кто-то.

Он снова поднял голову, которую перед тем уронил на руки. В его глазах отразился испуг. Он видел мужчину – двадцати семи или двадцати восьми лет, светло-каштановые волосы и карие глаза, среднего роста, – который выбежал из пристройки к особняку, держа в руках дымящийся обрез.

Теперь все изменилось. Они больше не были одни. К ним присоединился призрак. Он лежал вместе с ними в постели. Как бы сильно Фрэнк ни прижимал Рут к себе, это все равно мешало. И когда он пытался целовать ее, то вместо этого целовал холодный ухмыляющийся лик чудовища.

— Почему ты такой тихий сегодня вечером? В чем дело, Дэнни?

Он знал, что должен сделать одно из двух: подняться по ступенькам какого-нибудь здания с зелеными фонарями у входа и сказать: «Я Дэн Ниринг». Или…

Новое знание сделало его жизнь невыносимой.

— Рут, ты веришь, что я это совершил? Ты знаешь, о чем я.

Она прижалась к нему лицом.