Книга Не те руки, страница 138 – Марк Биллингхэм

— Всяко бывает, – сказала Сю.

Миллер кивнул.

— Именно так.

Он снова посмотрел на Катлера и Бардсли, которые к этому моменту уставились в стол – каждому явно было о чем подумать.

— Ах да, и конечно, вы оба арестованы. Но вы не обращайте на нас внимания – доедайте спокойно.

Адвокат – который, как уверенно предсказал Катлер, должен был разнести дело Миллера в пух и прах – выглядел так, будто не смог бы снять пенку с рисового пудинга. Это был тип с болезненным выражением лица и волосами почти такими же жидкими, как и его телосложение, и сидел он рядом с Катлером в комнате для допросов, уставившись в стену и пошаркивая начищенными до блеска брогами. Первые несколько минут все шло гладко – его самый важный клиент делал в точности, как было велено, повторяя раз за разом “без комментариев”, слова, которыми мог бы по праву гордиться любой уважающий себя преступник. К несчастью для его вскоре впавшего в отчаяние защитника, Катлер был не из тех преступников, которые могли долго держать язык за зубами. Это, вкупе с горой улик, от которой даже у Ранульфа Файнса пошла бы носом кровь, не оставляло адвокату сомнений, что смысла в происходящем никакого нет и ему остается только разглядывать ногти и думать, как лучше потратить свои двести пятьдесят фунтов за час.

“Годовой запас печенья, электрогитара, как у Джона Леннона, и, пожалуй, щегольская шляпа, – подумал Миллер. – Я бы потратил так”.

— Я очень рад, что вы решили стать поразговорчивее, Уэйн, – сказал Миллер. – Все эти “без комментариев” здорово нагнетают напряжение в полицейских сериалах, но это чертовски утомительно. Честное слово, я в какой-то момент чуть не заснул, а вы только подумайте о бедняге, которому придется все это печатать!

— Кто смотрит?

Катлер кивнул на камеру в углу. Это был далеко не первый его допрос, так что он знал, что за интервью сейчас наблюдают многие в участке.

— А. Ну, сержант Сю, очевидно… помните ее? Еще инспектор Салливан и старший инспектор Эйкерс, и, возможно, даже кто-то повыше нее. Насколько я знаю, главный констебль или министр внутренних дел тоже могут подключиться. Вы та еще знаменитость.

— Ну еще бы. – Катлер посмотрел на камеру и показал два средних пальца всем наблюдающим.

— Для протокола, – сказал Миллер. – Мистер Катлер только что сделал оскорбительный жест в адрес инспектора Салливана. – Он откинулся назад, предвкушая удовольствие, которое получит позже, представляя реакцию инспектора. – Клянусь, я чуть со стула не упал, – сказал он, – когда получил тот звонок. Сообщение ждало меня после той истории в больнице – ну, знаете, когда все так неудачно сложилось для человека, которому вы заплатили за убийство Джорджа Панаидеса, как раз перед тем, как он близко познакомился с холодильником. Видите ли, в записке было просто “Катлер”, так что я решил, это вы. Да, мне показалось это немного странным, ведь вы же не имеете привычки звонить мне поболтать каждую неделю. Но все равно я был ошарашен, когда оказалось, что это бесподобная Джеки.

— Не надо.

— Что, она не особо бесподобная?

— Не произносите ее имя.

— Это будет непросто, – сказал Миллер. – Учитывая, что именно она предоставила так много улик против вас. А, понятно – не произносить ее имя, потому что вам невыносимо больно думать, что ваша собственная жена станет причиной того, что вы проведете остаток жизни в тюрьме. Да, могу представить, что это была бы непростая задачка для среднестатистического семейного консультанта.