Книга Пуля от Ван Гога, страница 156 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Ефимова убили. И его жену тоже, – спокойно ответил сыщик.

— О, черт побери! – удивленно воскликнул Самошников, а потом даже не стал скрывать свое злорадство. – Значит, правило бумеранга все-таки сработало! Воздалось этим ворам за грехи их!

— А не слишком ли жестокая плата за аферу? Тем более суд признал и Ефимова, и его бывшую жену лишь свидетелями преступления, – с усмешкой поинтересовался Гуров.

— Свидетели, конечно! Как же! Они такие же свидетели, как я – папа римский! – возмутился в ответ завхоз. – Их от тюрьмы отмазали, видимо, только потому, что большую часть украденных у народа денег так и не нашли. А эта парочка, наверное, поделилась со следаками. А насчет платы – не жестокая! Насколько мне известно, были те, кто из-за обмана «Триумфа» умерли от сердечного приступа, а были и такие, кто жизнь самоубийством покончили. Так что на руках этой шайки из «Триумфа» немало человеческой крови. И если кто-то набрался смелости и решил им отплатить, то этого человека не судить нужно, а поблагодарить!

— Может быть, орден ему еще дать? – жестко спросил сыщик.

— Может быть! – вызывающе посмотрел на него Самошников.

— А я посмотрю, вы с полицейскими совсем разговаривать не умеете. За такие заявления вас легко в подозреваемые записать, – неожиданно для завхоза рассмеялся Гуров, а затем вновь сменил тон на деловой: – Кстати, где вы были пять дней назад?

— А вот и не запишете! В подозреваемые, я имею в виду, – словно ребенок, радостно хлопнул ладонями Самошников. – Я в санатории на юге лечился. И болезнь свою, кстати, из-за этого проклятого «Триумфа» получил. Свидетелей этому целую кучу найти можно.

— А две недели назад? – не успокоился сыщик.

— Там же! – еще более радостно воскликнул завхоз. – Мне месячный курс лечения прописали, и я в санатории сорок восемь дней пробыл, две смены. Вернулся только позавчера. Так что к смерти этих двух людей отношения не имею. Я-то и сам их хотел убить, да трусоват я малость. Да и не то что убить, ударить-то человека не умею. Ефимов бы вам это подтвердил, хотя тогда он и наврал с три короба, гад. – А затем вызывающе посмотрел на сыщика. – И не говорите мне, что о мертвых людях плохо говорить не принято! Это не люди, а нелюди!

Самошников рассказал, что акционеры «Триумфа», по крайней мере те, с которыми он общался, считали виновной в хищении денег всю верхушку финансовой пирамиды. То есть не только генерального директора Абрамова, который получил реальный срок, но и остальных, которые лишения свободы избежали, – исполнительного директора Ефимова, его жену, работавшую в «Триумфе» старшим экономистом, а также Арташеса Арапетяна, который занимался в фирме вопросами безопасности и по делу о мошенничестве никак не проходил. Но, по словам Самошникова, последний и был одним из главных совладельцев «Триумфа», теневым руководителем фирмы, и обеспечивал ей «крышу» от ментов и бандитов. Алексей был уверен, что именно эта четверка поделила между собой пропавшие деньги. И возможно, Арапетян забрал бо́льшую их часть. Правда, где искать бывшего начальника службы безопасности, ни Самошников, ни его собратья-потерпевшие не знали, но Гурова это не беспокоило. Найти такого человека для него большого труда не составит.

В главк Гуров после встречи с Самошниковым не поехал. Во-первых, было уже поздновато, а во-вторых, Станислав так ни разу за день и не позвонил другу. Это означало, что ничего интересного относительно Ряховского напарник не нашел, а значит, и ждать его сегодня на службе не стоит.