Книга Пуля от Ван Гога, страница 147 – Алексей Макеев, Николай Леонов

В частности, выяснилось, что Ряховский пробыл в ресторане совсем недолго – минут пятнадцать – двадцать, по словам официантки. Он пришел в заведение в сильно возбужденном состоянии и почти сразу же принялся рассказывать ей, что у него встреча с невестой и обсуждение свадебных планов. Делать заказ он сразу не стал, аргументируя это тем, что необходимо дождаться свою возлюбленную, но продержал официантку у столика достаточно долго, возбужденно расписывая ей свои планы на предстоящую церемонию. Девушка поначалу даже решила, что он пьян, однако алкоголем от Ряховского не пахло, но вот глаза горели «как-то уж слишком лихорадочно». А минут через пять после того, как официантка смогла сбежать от столика Ряховского, тот кому-то позвонил, а затем почти бегом умчался из ресторана. Удивленная официантка спросила у странного посетителя, что случилось, и Евгений сообщил, что, возможно, у его невесты какая-то беда.

— Я проверил тайминг дороги от дома Слепневой до ресторана, – закончил свой рассказ Крячко. – Там есть два маршрута. Один – дворами, а другой – по проезжей части. Если ехать на машине, то по первому придется потратить не больше десяти минут, а по второму – около двадцати. Причем за те же двадцать минут можно дойти дворами до ресторана и пешком. То есть Ряховский вполне мог убить Слепневу, а затем прийти в ресторан, чтобы изобразить беспокойство о невесте.

— Совсем необязательно, – пожал плечами Гуров. – Он мог действительно быть перевозбужденным из-за предстоящей свадьбы. Ну а сбежал как укушенный, потому что Екатерина не отвечала на звонки.

— Фу, Лева! У меня ощущение, что ты просто ищешь способ придраться к моей версии, – поморщился в ответ Крячко. – Ты хоть раз видел мужика, который ждет свою возлюбленную не больше двадцати минут, а затем после первого же пропущенного звонка срывается с места и бежит выяснять, а не случилась ли с ней беда?

— В жизни всякое бывает, – хмыкнул сыщик.

— А еще я хотел проверить его финансовые операции по банковской карте. Вдруг что-нибудь интересное всплывет? – не обратив внимания на последнюю реплику друга, переключился на другой вопрос Станислав. – Правда, официально эта проверка немало времени займет, да и может всполошить Ряховского. А мой штатный хакер, как назло, уехал за границу и на звонки не отвечает.

— И что ты хотел на его банковской карте найти? – удивленно посмотрел на него Гуров.

— Лева, он миорелаксанты должен был где-то покупать, – скорчил глубокомысленную физиономию Крячко. – И скорее всего, на черном рынке в даркнете. А там наличкой не расплатишься. Найдем подозрительную транзакцию, и Ряховского можно брать тепленьким!

— Значит, ты уверен, что убийца именно он? – скорее констатировал, чем спросил сыщик.

— А у тебя есть другие кандидатуры? – внимательно посмотрел на друга Станислав.

— Пока нет, – пожал плечами тот.

— Вот и я о том же, – усмехнулся Крячко. – В общем, ты думай, как его банковскую карту проверить, а я пока соберу данные об окружении Ряховского и пообщаюсь с этими людьми. Возможно, мне попадется какой-нибудь наблюдательный враг Женечки и поделится интересной информацией.

Станислав забрал у себя из стола какие-то документы и направился к выходу, в дверях столкнувшись с лейтенантом. Оказалось, что это явился следователь Беспалый из Красносельского ОВД, который проводил доследственную проверку по делу Ефимова. К удивлению Гурова, лейтенант оказался далеко не молодым человеком, а мужчиной лет за сорок. Однако интересоваться, почему он в таком возрасте красуется лейтенантскими погонами, сыщик не стал. Вместо этого он предложил Беспалому дождаться криминалиста, а потом и прокатиться на Калитниковское кладбище, чтобы поприсутствовать на процедуре эксгумации тела, а заодно и пообщаться на тему безвременной кончины Николая Петровича и выводах доследственной проверки.