Книга Лондонский матч, страница 83 – Лен Дейтон

— Хэлло, Тэд!

— Доброе утро, сэр! – Он был не из тех людей, которые злоупотребляют старыми знакомствами.

Тэд был капитаном сил безопасности в Берлине после войны. Он связался с дельцами черного рынка с Потс-даммерплац, и мой отец поспешил как можно скорее отослать его обратно. В Берлине Тэд время от времени приносил моей матери вестфальскую ветчину, и когда отец узнал, что Тэд крутится на черном рынке, он пришел в бешенство, потому что считал это попыткой как-то втянуть туда и нас. Теперь Тэд был совсем седой, но для меня он был все тот же мужчина, который, когда я был маленьким, каждую неделю отдавал мне свой рацион шоколада. Тэд Рэйли взмахом руки разрешил нам проехать. Другой человек открыл нам следующие ворота, а третий позвонил по телефону в проходную здания.

— Неотесанные мужики, – произнес Брет с таким видом, будто я должен записывать его высказывания и использовать их при следующих визитах.

— У них просто ужасная работа, Брет, – сказал я.

— Им бы надо поставить сюда военную полицию. Эти люди совсем спятили. Проверяют меня. Они прекрасно знают, кто я такой.

— Военная полиция уж очень похожа на копов, Брет. Они должны носить штатскую одежду и выглядеть как гражданские люди.

— Как раз вот эти и выглядят как гражданские люди, – сказал презрительно Брет. – Вы можете себе представить, как бы они справились с попыткой вооруженного вторжения на эту территорию?

— Но они, по крайней мере, надежны и не привлекают внимание жителей. Они все тщательно проверены, а Тэд Рэйли, их старший, это человек, за которого я мог бы поручиться жизнью. Самое главное, эти люди не берут взяток от репортеров и тайком пронесенного джина от заключенных. Конечно, они не смогут дать отпор вооруженному подразделению.

— Спасибо, что вы мне это объяснили, – саркастически заметил Брет. – Теперь я отношусь к ним гораздо лучше.

Он смотрел в окно, пока мы проезжали мимо небольших коттеджей, где жила охрана, и низкого серого здания, где иногда проходили совещания. Вид был унылым, как и всюду, где можно заметить колючую проволоку и охранную сигнализацию.

Мы переехали через ров по старинному мосту. И только когда автомобиль вырулил во двор, стало видно, в каком состоянии на самом деле находится это здание: словно в кинофильме – левое крыло немного больше фасада, поддерживаемого огромными деревянными подпорками. Эта часть дома сгорела дотла, когда пилот «люфтваффе» сбросил сюда весь груз зажигательных бомб, пытаясь облегчить поврежденный самолет и набрать высоту. Это ему не удалось, и через шесть миль его «хейнкель» рухнул на землю, сбив часть шпиля с деревенской церкви.

Лондонский Центр допросов был современным вариантом того, что раньше называлось лондонской окружной тюрьмой, где важные нацистские преступники ожидали суда, находясь в руках отдела по расследованию военных преступлений. Признаки тех дней еще не полностью исчезли. Кое-где виднелись остатки плакатов военного времени, и в подземных камерах, как мягко назывались карцеры, уцелели знаки, которыми узники отмечали дни заточения.

Когда мы появились, весь руководящий состав лондонского Центра допросов был уже в сборе. Без сомнения, это объяснялось тем, что делом начал заниматься лично Брет. Когда я приходил в этот дом, меня встречали и провожали обычным «хэлло» и скрипом пера при подписи, а Брет для них был весьма важной фигурой, так что и сам комендант, и его помощник находились на своих местах.