Книга Лондонский матч, страница 154 – Лен Дейтон

— А ты не объяснила им, как ты получила эту ценную информацию?

— Я сказала, что это случилось с моим приятелем.

— Не очень убедительная уловка.

— Нет, но я ведь не вращаюсь в том мире, не так ли?

Эта стрела была направлена в меня.

— Но дело не в ночной рубашке. Дело в том, что вас видел знакомый Дафни.

— И я все время думаю об этом, с той минуты, как ты мне сказал. Я не припомню ни одного знакомого лица, которое я бы видела в тот уик-энд.

— Дафни говорит о разводе.

— Она все время говорит об этом, – сказала Тесса, откидывая назад волосы и улыбаясь.

— Всегда? Что ты имеешь в виду, говоря «всегда»?

— Ты прекрасно знаешь, что у меня с этим денди Дики был флирт в прошлом году, а может быть, в позапрошлом. Мы как-то говорили с тобой об этом, ты еще тогда удивлялся.

— Но если Дафни обратится в суд, будет совсем плохо, Тесс.

— Все будет в порядке, – ответила она. – Спасибо, что ты беспокоишься, Бернард, дорогой. Но все будет хорошо.

— Если бы я верил в это, я не сидел бы здесь и не говорил с тобой. Но я все-таки знаю Дафни и знаю, что она настроена всерьез на развод.

— Развод? А что с детьми? И где она будет жить?

— Не беспокойся о ее проблемах. Если она начнет это дело, у тебя будет достаточно своих. Она хочет, чтобы я познакомил ее с Джорджем.

— Это просто смешно, – ответила Тесса.

— Больше всех пострадает Дики. Огласка в таком грязном разводе разрушит его карьеру.

— Только не говори, что они его выставят. Я знаю, что этого не может быть.

— Они скорее всего не уволят Дики, но загонят в такое место за железный занавес, где он будет загнивать до самого конца. Департамент не любит огласки, Тесса. Я не должен рисовать тебе диаграмму, да?

Ее легкомысленный вид сразу же исчез. Она убрала ноги со стола, выпила еще шампанского и, нахмурясь, оценивала свое положение.

— Джордж будет вне себя, – сказала она, будто для Джорджа огласка была важнее, чем ее неверность.

— Мне кажется, вы должны снова укрепить свой брак, – сказал я. – Мне помнится, что ты говорила, будто Джордж лучший на свете муж, и единственное, что ты хочешь, – это сделать его счастливым.

— Я этого и хочу, дорогой. Но если я выставлю его на всеобщее обозрение как обманутого мужа и его портрет появится во всех этих вонючих газетах, это не сделает его счастливым. Мне надо поговорить с Дафни. Я должна ей все объяснить. Просто безумие с ее стороны – бросать Дики из-за глупых маленьких шалостей.

— Для нее это вовсе не «глупые маленькие шалости». И если ты начнешь говорить с ней в таком тоне, то сделаешь только хуже.

— Что же, по-твоему, я должна сказать?

— Не делай вид, что ты хочешь так поступить ради меня, – сказал я раздраженно. – И я не могу сочинить за тебя, что надо говорить. Но единственная вещь, которую Дафни хочет услышать, это что ты не будешь больше встречаться с Дики.

— Тогда, конечно, я ей так и скажу.

— Но это должно быть так и на самом деле. Не годится, если ты только так скажешь. Ты же не влюблена в него?

— Боже правый, конечно нет. И кто только может в него влюбиться? Я делаю Дафни добро, говоря тебе правду. Я не понимаю, как можно вообще выдерживать Дики столь долгое время. Он просто утомителен.

Я выслушал ее мнение о Дики с большим недоверием. Я не очень хорошо разбираюсь в женщинах, но знаю, что столь пылкие отрицания часто означают совсем обратное.