Книга Право на жизнь, страница 100 – Анна Денисова, Виктория Сталь

— Теперь можно идти, — сказал Максим, оглядываясь.

Денис кивнул, медленно переводя взгляд вперёд. Путь лежал через хаотичное скопление машин и тел. Тела лежали так, будто их расстреляли одновременно — в позах, застывших в последнем движении: один человек упал, вытянув руку к дверце авто, другой — скрючившись у колеса, третий — навзничь, с раскрытым ртом, будто хотел что-то крикнуть. «Хотя, наверное, так и было», — подумал Денис, стиснув зубы.

Взгляд его упал на лежащую неподалёку девушку. Ей, кажется, не было и двадцати. Светлая коса разметалась по асфальту, испачканная кровью. Пулевые ранения — множество — покрывали её тело: дыры на спине, на груди, на руках, на ногах. Одна пуля попала в висок, оставив аккуратную тёмную точку. Денис задержал дыхание, пытаясь не разглядывать детали, но глаза сами цеплялись за мелочи: сломанный ноготь на её руке, рваный край рукава, крошечный шрам на запястье.

Он вздохнул, усилием воли оторвал взгляд от девушки и пошёл вслед за Максимом, который уже ушёл вперёд. Сентябрьское солнце било в спину, но воздух был холодным. Каждый шаг требовал концентрации: приходилось постоянно смотреть под ноги, чтобы не наступить на трупы.

Чем ближе они подходили к площади, тем плотнее становились тела. Они лежали внахлёст, как опавшие листья, — кто-то на боку, кто-то лицом вниз, кто-то с запрокинутой головой, будто смотрел на небо. До цели осталось буквально несколько шагов.

Денис остановился, растерянно оглядываясь. Машины стояли слишком далеко друг от друга — не перепрыгнуть, не использовать как мостки. Он завертел головой, пытаясь найти проход: слева — груда тел у фургона, справа — ряд авто с разбитыми стёклами, посередине — сплошное месиво из тел и обломков.

Максим, шедший на несколько шагов впереди, вдруг чертыхнулся.

— Ты чего? — негромко спросил Денис, чувствуя, как в груди нарастает тревога.

— Нога застряла, ботинок зацепился что ли? — Максим дёргал ногой, пытаясь высвободиться. Его ботинок утонул в мягком, податливом скоплении тел: он наступил на грудь одного из погибших, и подошва провалилась, застряв между рёбрами. — Чёрт, не могу вытащить…

Денис пробрался к машине, которая стояла ближе всех. Стекла, видимо, были выбиты выстрелами — вокруг россыпь острых осколков, кое-где ещё державшихся в резиновых уплотнителях. Он осторожно обошёл опасные куски, приоткрыл багажник, надеясь найти хоть что-нибудь: ломик, монтировку. Поэтому не видел, как из-под машины напротив показалась маленькая рука с посеревшей кожей и чёрными, обломанными ногтями.

Вскоре оттуда выползла девочка лет пяти. Её пальтишко, некогда светлое, теперь было пропитано бурыми пятнами, а волосы свалялись в колтуны. Она двигалась странно — рывками, будто заводная кукла, но быстро, бесшумно, перебирая руками и ногами по телам, лежавшим на асфальте. Её глаза — пустые, стеклянные — не выражали ни страха, ни боли, только слепое, неумолимое стремление вперёд.

Максим стоял спиной, матерясь сквозь зубы. Он всё ещё пытался освободиться. Наконец ему это удалось — он резко выдернул ногу, оставив ботинок внутри. От резкого движения потерял равновесие и упал на спину, ударившись затылком о затылок мёртвого тела. В этот момент девочка доползла до него. С тихим, почти беззвучным хрипом она вцепилась руками в его плечо, подтянулась и впилась зубами в шею.