Книга Мертвая тишина, страница 183 – Анна Денисова, Виктория Сталь

«Теперь — самое важное», — подумал он.

Мясник начал свои приготовления с маленькой комнаты — той, что находилась в самом дальнем конце коридора. В ней стояла лишь узкая кровать у стены и небольшой шкаф в углу, дверцы которого слегка покосились. Он замер на пороге, медленно обвёл пространство взглядом, прикидывая расстояния, мысленно расставляя акценты. Да, подойдёт. Здесь всё будет… гармонично.

Он приступил к работе. Сначала сдвинул кровать ближе к окну, освободив пространство посередине. Затем открыл шкаф, проверил его содержимое. Всё лишнее он бесшумно вынес в коридор, оставив только то, что могло пригодиться. Движения были чёткими, выверенными, он репетировал этот сценарий много раз.

Так он прошёлся по всем комнатам, методично перестраивая пространство. Мебель перемещалась тихо, почти беззвучно — он подкладывал под ножки тряпицы, чтобы скрип пола не разбудил спящих. В гостиной пришлось разобрать диван, снять подушки, отодвинуть журнальный столик. В другой — сдвинуть кровать, чтобы освободить место у стен.

Затем он приступил к самому кропотливому: переносу спящих. Сначала девчонок — Юльку, Алину, Катю. Он поднимал их легко, почти нежно, будто спящих детей, укладывал на заранее подготовленные места, фиксировал запястья и лодыжки ремешками. Каждый узел затягивал с особой тщательностью, проверяя прочность. Потом взялся за Пашку и Юрку — их переносить было тяжелее, но он справлялся без лишнего шума.

На приготовления ушло полночи. К тому моменту, когда последний элемент его замысла занял своё место, небо на востоке уже начало светлеть, окрашивая окна в бледно‑розовый. Он устало зевнул, потянул затекшую спину, провёл рукой по лицу, ощущая лёгкую испарину.

«Небольшой отдых не помешает, — подумал он, оглядывая плоды своих трудов. — До утра хватит времени, чтобы вздремнуть. Они уже никуда не денутся».

Он ещё раз обошёл комнаты — медленно, вдумчиво, словно художник, проверяющий композицию перед выставкой. В каждой комнате теперь было своё "место действия".. Всё было продумано до мелочей: освещение, расположение предметов, даже направление теней.

Удовлетворённый увиденным, он направился на кухню. Там, у окна, стоял небольшой диванчик — не слишком удобный, но вполне подходящий для недолгого сна. Он опустился на него, вытянул ноги, закрыл глаза. В ушах всё ещё звучала та самая детская песенка, но теперь она сливалась с шумом крови, пульсирующей в висках.

За окном медленно разгорался рассвет. Первые лучи солнца коснулись оконных рам, но внутри дома царил полумрак — словно сама тьма не хотела отпускать свои владения.

_______

Яна проснулась от острого, навязчивого ощущения дискомфорта — руки затекли настолько, что казалось, будто по ним бегут тысячи крошечных иголок. Она попыталась сдвинуть их, но не смогла: конечности были жёстко зафиксированы, раскинуты в стороны, как и ноги.

Ещё одно пугающее открытие — она абсолютно голая. Холодный воздух комнаты касался кожи, вызывая мурашки, а вместе с этим пришло и осознание полной уязвимости. В горле першило от сухости, язык прилип к нёбу — хотелось пить так сильно, что это почти заглушало другой, не менее настойчивый позыв: ей срочно нужно было в туалет.

Она с усилием открыла глаза. Зрение было мутным, размытым, будто смотрела сквозь толщу воды. Медленно обвела затуманенным взглядом комнату. Обои в цветочек — мелкий, выцветший узор, словно из далёкого детства. Шкаф в углу, его дверца слегка приоткрыта, внутри темнеют какие‑то вещи.