Книга Ты умрешь в Зазеркалье, страница 114 – Юлия Лист

Кабинет оглашали колдовские вскрики Эмиля, что-то вроде: «HTTP», «SMTP» и «STARTTLS» – из человеческого было только «протоколы шифрования», «сервер» и «аккаунт».

По сути, это был взлом клиники, и Эмиль использовал Интерпол.

Когда все это закончилось, Джон Леви посмотрел на Веру, словно прося ее никогда и никому не рассказывать о том, что сейчас произошло. Выглядел он со своими синяками под глазами очень несчастным.

— Итак, зашел в базу, – забормотал Эмиль из телефона. – Ага, вижу. Пациентка Сесилия Барко поступила 29 октября 2021 года с полным параличом. Но 30 ноября ее передают Альваро Флоресу и вскоре выписывают. Врач курирует пациентку, которую сын принял решение держать дома, и раз в месяц делает осмотр. Все анализы и результаты исследований на месте. У Сесилии Барко полный паралич после инсульта. Никаких ошибок!

— Кроме одного! – Леви нервничал. – Альваро Флореса не существует!

— Как это не существует! Вы же видите его карточку? – Теперь занервничал и Эмиль.

— Видим, – терпеливо отвечал ему Леви. – Но не существует такого человека. Больница данные о взломе уже передала полиции. Те дали ответ: номер ID-карты, медицинская карта, страховка – все липовое, фото сгенерировано с помощью фоторедактора, банковские реквизиты открыты на несуществующую личность. И вишенка на торте: отпечатки пальцев принадлежат мертвому туристу из Болгарии, найденному два года назад в парке Ретиро. Дело на него не заводили. Родственники просто увезли труп обратно в Добрич. Данные взяты из архива морга.

Молчание Эмиля длилось секунд тридцать, видимо, он переваривал информацию.

— Понятно, – наконец раздалось в телефоне. – Вы должны кое-что увидеть. Поезжайте на улицу Эль Эскориал, дом № 6. В больницу отправится напарник Руиза и сам во всем разберется.

Эта была славная мадридская улица не шире полутора метра в квартале Маласанья, застроенная с одной стороны трехэтажными домами, а с другой – четырехэтажными из светлого камня цвета терракоты и желтого. Ажурные балкончики уставлены коричневыми горшками, в которых цветут розы, фиалки и герань. Яркие вывески мелких магазинчиков и рюмочных. Цветные граффити на стенах совершенно не портили вид, а, напротив, придавали улице ощущение, что на ней живут живые и эмоциональные люди: каждый интересен по-своему и волен выражать себя так, как ему нравится. По улице сновали пешеходы – но не туристы, а большей частью свои. В Мадриде чувствовался южный темперамент горожан, их страсть к свободе и самовыражению – они и одевались иначе, чем парижане, ярче, раскованней. Девушки в топах и коротких шортиках или юбках, едва прикрывавших бедра, парни в спортивных майках и шортах до колена, прокачанные, причесанные – загляденье. Столько красавцев на один квадратный метр Вера не встречала еще ни в одном городе!

Дом № 6 имел ярко-красную парадную дверь. Она была приоткрыта. Возле стоял мотоцикл Эмиля, похожий на грифона. Улицу оглашал трещащий звук дрели, будто пытались вскрыть огромную консервную банку. От брусчатки поднимался жар. По соседству действительно был винный ресторан «Каса Фидель» с выставленными на тротуар высокими столиками и барными стульями. За столиком сидела только Зоя и попивала белое вино из прозрачного бокала. Она помахала Вере и агенту Леви, сообщив, что поднимется, как только наверху закончат.