Книга После маскарада, страница 95 – Юлия Лист

— Вы должны будете подготовить доклад о проделанных сеансах, описать ваши методы, и тот, что использовали с племянником итальянского посла, тоже. Уж простите, назвался груздем, полезай в кузов. Взял на себя смелость такой выверт с иностранцем провести – придется в этом прилюдно сознаться. А я уж, как смогу, своими комментариями и уточнениями буду спасать вашу репутацию.

— Позвольте узнать, отчего такая срочность?

— А оттого, что гипноз слишком кому-то мозолит глаза, с газетных и журнальных страниц он не сходит и будоражит головы гражданам. Тут еще и преступный элемент взял на вооружение использовать гипноз во время ограблений и убийств.

Он долго смотрел на свои руки, перебирая пальцами бумаги, вздохнул и выпалил:

— Оставайтесь сегодня здесь, в институте, будьте на виду у людей. И вообще, будьте чаще на виду.

— Зачем это? – сорвалось с языка, и Грених не успел сделать вид, что воспринимает эти слова как добрый совет. Довбня что-то знал! Ну, разумеется, его поставили в курс дела и, наверное, даже объяснили, что в сложившейся ситуации принести в жертву неблагонадежного сотрудника будет лучшим из выходов.

— Сегодня… – Глава института посмотрел на небольшие настольные часы с ртутным маятником и со вздохом, в котором хорошо слышалось отчаяние, воскликнул: – Ох, уже десять часов, как время летит! В четыре это случилось. Найден убитым в своей квартире в доме № 24 на Мясницкой заведующий Мясницким отделом Промторгбанка. Он жил и работал в одном доме. Ваш сосед по улице, получается, может, знаете его? Герасим Степанович Фомин.

Грених стиснул зубы, кивнув:

— Его дочь Лида лечилась у нас. Развитие деменции, спровоцированное одним новомодным лекарством от астмы, заменяющим эфедрин.

— Верно. Она и открыла дверь грабителям, после легла в постель и благополучно уснула. Добудиться не могли. Труп обнаружили соседи, потому что грабители оставили дверь в квартире нараспашку.

Константин Федорович ждал, что Евгений Николаевич сейчас скажет, что на пороге квартиры заведующего возник он – профессор Грених, девочка узнала его по голосу, по манере говорить или еще как.

— Что случилось потом – она не помнит, внешность гипнотизера описывает расплывчато, ни цвета волос, ни глаз, ни уж тем более черт лица. Сергей Устинович сказал, что предыдущая жертва тоже… плавала. Вы же сами знаете, что во время сеанса гипнотизер управляет памятью гипнотика, он стирает из нее все, что ему неугодно, может внушить любой обман чувств и любые галлюцинации.

— В доме, кроме нее, никого вообще не было? Она была одна с отцом?

— Должна была быть домработница, но в четверг под вечер ее обычно отпускают на день. Так что дверь открывала сама Лида.

— Отец был в черной пене?

— Да, сидел в своем кресле, голова завалилась назад…

— В таком случае я должен ехать туда.

— Нет, звонил Мезенцев, просил предупредить, что на вызов отправился какой-то другой врач из Кабинета судебной экспертизы. Вас не застали.

Грених, едва поднявшийся со стула, снова сел, непонимающе опустив голову. Не застали или не собирались этого делать… События завертелись так скоро, что, кажется, ему не оставляют ни единого шанса. Он вспомнил о протоколе, что обещал написать Соловьев, и в сердце загорелась слабая надежда. Спасти как можно большее количество участников и обзавестись их свидетельскими показаниями – это все, что он мог сделать. Первым он вызволит Петю.