Книга Во сне и наяву, страница 82 – Татьяна Бочарова

— У вас четыре задания, – объяснила она, тыча длинной указкой в записи на доске. – Кто выполнит все, получает десять баллов. Три – восемь, два – шесть. Одно выполненное задание дает право участия в следующей областной олимпиаде, которая будет проводиться в октябре предстоящего учебного года.

— А что дают десять баллов? – выкрикнул чей-то звонкий голос с первой парты.

— Разве вы не знаете? – Преподавательница улыбнулась. – Тот, кто выполнит все четыре задания, будет зачислен на подготовительное отделение Московского государственного университета, независимо от класса и возраста. Итак, справа условия для старшей группы, слева – для младшей. Начинаем работать. Перерыв через час.

Сидящие вокруг меня, точно по команде, склонились над тетрадями и застрочили в них с бешенной скоростью.

Я тупо глядела на доску. Первая задача была легче некуда, я стопроцентно знала ее решение, даже черновика не нужно, чтобы его написать. Я глянула ниже – следующим шел длинный громоздкий пример, который требовалось упростить.

Пример я списала на черновик, быстро раскрыла скобки, перемножила в столбик пятизначные числа и получила краткий ответ. Теперь оставалось переписать все действия на выданный мне листок, помеченный специальной печатью внизу.

Однако я стала бояться, что упущу время. Часы, висевшие на стене перед нами, показывали, что от первого часа прошло уже десять минут, а Светка велела выходить через пять.

Я осторожно встала из-за парты. Ко мне тут же подскочила одна из кураторш.

— Что случилось? Ты куда? Выходить пока нельзя.

— Мне нехорошо, – на всякий случай я закатила глаза, изображая на лице неподдельное страдание, – голова кружится.

— Господи! – испугалась тетка. – Ты из какой школы? Где ваши сопровождающие?

— Я из интерната. Наш руководитель во дворе, чинит машину.

— Проводить тебя в медпункт?

— Нет, спасибо. Я выйду, посижу на улице, на воздухе все быстро пройдет. Со мной такое случается.

— Конечно, иди, – сразу согласилась кураторша, – вы там слабенькие все, в интернате. Если не станет лучше, пусть руководитель отведет тебя к нашему врачу.

— Хорошо.

Я вышла из зала. Возле двери меня схватила Светка.

— Ты что там, совсем заучилась? – прошипела она зло и испуганно. – Не успеем!

— Я пример решала, – виновато проговорила я.

— Пример решала! – передразнила Светка, волоча меня за собой. – Вот дождешься, ляльку народишь, тогда будет тебе пример.

Ее слова заставили меня содрогнуться. Я послушно кинулась вниз по лестнице.

— Тише ты, дубина. – Светка настороженно огляделась по сторонам. – Здесь кругом люди. Заметят, что мы несемся как угорелые.

Я замедлила шаг, и мы чинно спустились на первый этаж.

— Главное, мимо Крокодила Гены проскочить, – сказала Светка, осторожно открывая дверь на улицу.

— Девочки, вы куда? – неожиданно раздалось сзади.

Мы обернулись и увидели очкастую.

— Ей плохо, – Светка ткнула меня пальцем в грудь, – я веду ее подышать, во двор.

— А там кто-нибудь есть из ваших? – обеспокоилась очкастая.

— Да, шофер.

— Гена? – Очкастая заулыбалась. – Ну ладно. Полегчает, возвращайтесь назад.

— Обязательно! – Светка пролезла в дверь. Я последовала за ней.

— Скорей, – проговорила она, хватая меня под руку, – вон он, видишь, у забора.

Я действительно увидела Геннадия Георгиевича. Он стоял возле ворот и снова курил.