Онлайн книга «Мальтийский крест Павла Первого»
|
Я подтолкнула ее на переднее сиденье, а сама втиснулась рядом с Иззи. Жанка тараторила что-то в своей обычной манере, мужик довольно гудел в ответ. Мы с Иззи понимающе переглянулись: давно пора Жанке иметь кого-то солидного на примете. А то меня все ругает, что я одна, а у самой если и есть кто — то ненадолго. Некогда ей кого-то серьезного искать, на ней братишка висит и мамаша безбашенная, а этот вроде мужик ничего, не бедный, и собак любит. А что страшный да лохматый — так на то она и мастер, мигом его в божеский вид приведет… Вечером, уединившись в своей спальне, император затушил свечи в большом канделябре, оставив одну свечу в простом серебряном подсвечнике. С этой свечой в руке Павел подошел к платяному шкафу красного дерева, открыл его дверцу. В шкафу висело несколько шелковых халатов в золотом шитье и домашний бархатный камзол. Император сдвинул одежду в сторону, запустил руку в глубину шкафа и отодвинул незаметную задвижку. Задняя стенка шкафа открылась. За ней обнаружилась потайная лестница, спускавшаяся в покои царской фаворитки Анны Лопухиной. Император спустился по винтовой лестнице и оказался в просторной комнате, обставленной изящной светлой мебелью. Перед туалетным столиком с тройным зеркалом сидела красивая темноволосая женщина в шелковом домашнем халате. Горничную она уже отпустила, и теперь сама расчесывала шелковистые волосы. Император почувствовал прилив нежности к этой женщине, такой красивой и в то же время такой скромной. Как милостив Господь, наградивший его этой любовью! Как хорошо было бы оставить все государственные заботы и отправиться вдвоем с Аннушкой в какое-нибудь тихое имение… или в Италию… но нет, нельзя, на нем лежит огромный долг, долг перед страной, долг перед историей! Услышав шаги за спиной, женщина вздрогнула, но тут же увидела в зеркалах утроенное отражение императора и улыбнулась слабой, бледной улыбкой, которая ему так нравилась: — Государь, вы не предупредили меня… Она попробовала встать, но Павел остановил ее нетерпеливым жестом: — Не беспокойся, Аннушка, я ненадолго… я сейчас уйду… ты помнишь, друг мой, что я говорил тебе? — О том тайнике? — Да, о нем. — Помню, государь. И никому о нем не расскажу. — Так, мой друг! Помни, от этого может зависеть моя судьба и самая моя жизнь! С этими словами он подошел к туалетному столику, выдвинул один из ящичков, запустил в него руку и повернул внутри потайной бронзовый шпенек. Тут же из боковой стенки туалетного столика выдвинулся ящичек, который прежде не был виден. Император достал из этого ящичка небольшой ларец, прижал его к груди. Лопухина смотрела на императора со сдержанным любопытством. Конечно, ей хотелось бы узнать, что хранит Павел в этом ларце и почему он так о нем беспокоится. Но она знала его вспыльчивый характер и не хотела вызвать очередную вспышку гнева. Император отошел в сторону и открыл ларец. Крест лежал внутри на бархатной подложке. И тут Павел почувствовал исходящий от реликвии странный жар и увидел какое-то слабое свечение. Он прикоснулся к кресту рукой — и услышал тихий, строгий голос, голос того человека, который подарил ему этот крест: — Тебе грозит опасность… большая опасность. Нынче ночью на твою жизнь покусятся заговорщики… Император вздрогнул. |