Книга Запах смерти, страница 176 – Эндрю Тэйлор

— Итак, они, очевидно, уже были знакомы, – резюмировала миссис Арабелла.

— И даже более того, мэм. Все это наводит на мысль, что мистер Таунли и мистер Ноак хотели убедить меня, как и весь остальной мир, будто встретились исключительно благодаря мне и именно я организовал их знакомство. Короче говоря, я стал их марионеткой. Чему я отнюдь не рад.

Несколько минут мы сидели молча. Чайник выпустил тонкую струйку пара, окрашенную огнем камина в оранжевый цвет.

— Остается вопрос «зачем», – произнесла миссис Арабелла. – Вы собираетесь кому-нибудь об этом рассказать?

— Но кто станет слушать? Таунли и Ноак будут все отрицать. Получается, мое слово против их. А я не думаю, что в данный момент мое слово в Нью-Йорке хоть чего-то стоит.

Однако прямо сейчас миссис Арабелла занимала мои мысли гораздо сильнее, чем мистер Ноак.

Лютые зимние холода все больше сближали нас. Бегство Августы и смерть Джека Винтура словно убрали два невидимых барьера. Эти события высвободили мои желания, хотя и не лицензировали их.

Я пытался убедить себя, что испытывал бы подобные чувства к любой женщине, находившейся так близко от меня, лишь бы она была не слишком старой или безобразной. Как-никак прошло полтора года с тех пор, как я спал с женщиной, своей женой. Некоторым мужчинам воздержание дается легко. Но только не мне.

А Нью-Йорк тем временем, похоже, только усиливал зуд, дразнил меня, играя на моей слабости. За время войны численность городских шлюх даже увеличилась, поскольку солдаты привлекали их, как собаки – блох, и если одна из девиц умирала от оспы или нищеты, то ее место сразу же занимали две или три жрицы любви. Они появлялись в разных обличьях: от непотребных женщин, промышлявших в переулках Холщового города, до элегантных киприоток, льнувших к генералам.

Меня подстерегали сильнейшие искушения, но я не сдавался. В результате мое бедное тело мстило мне ночными семяизвержениями. И на этой почве возник нелегкий и неудовлетворительный компромисс между силой воли и зовом плоти.

Миссис Арабелла не строила из себя кокетку. В моем обществе она часто держалась отстраненно и неприветливо. Она редко улыбалась и никогда не была до конца откровенной. Мне казалось, что она относится ко мне с подозрением, что я нежеланный гость в ее доме.

И тем не менее она завораживала меня. Она очаровывала меня. Заинтриговывала меня.

Сперва я позволил себе думать, что мне нравится эта женщина, несмотря на очевидные недостатки. Потом я нашел оправдания для сих недостатков. Затем я признался самому себе, что желаю ее, как мужчина желает женщину, ибо мысли о ней проникали в мой разум, особенно по ночам, когда я был совсем беспомощным, а днем я всячески искал способы оказаться в ее обществе.

И вот в понедельник, 10 января, в тот самый день, когда меня ждал ужин с мистером Таунли, я наконец смог принять неприятную правду: я был влюблен в миссис Арабеллу Винтур.

Миссис Чоули славилась изысканными ужинами, которыми угощала джентльменов, и концертами, которые устраивала в своей большой гостиной во второй вторник каждого месяца. А еще она славилась своими шлюхами.

С одной стороны ее дом находился неподалеку от кладбища церкви Троицы, а с другой – от Холщового города. Заведение, если можно так выразиться, находилось ровно посередине, ненадежно балансируя на острие.