Книга Злодейка желает искупления, страница 182 – Татьяна Антоник, Аника Град

— Генерал Яо Веймин, — голос Мэнцзы был гладким, как дорогой шелк, и таким же холодным. Он развернул длинный свиток и показал императорскую печать. Печать больше не оставляла сомнений, что в Запретном городе случился переворот. — От имени регента, вдовствующей императрицы Джан Айчжу, объявляю вам приговор. Вы обвиняетесь в государственной измене, шпионаже в пользу соседей и в намеренном проигрыше сражения, что привело к гибели верных сыновей Цянь.

Повисло гробовое молчание. Даже Кэ Дашен онемел от такой наглой лжи.

— А также, — Мой родственник с наслаждением сделал паузу, — в сокрытии своего подлинного, низкого происхождения, дабы втереться в доверие к покойному императору и осквернить род великих Яо. Ввиду ваших былых заслуг, казнь заменена ссылкой, — продолжал братец. — Вы отправитесь в свою родовую усадьбу в провинцию Цинцао. Без армии. Без титула. Вам предписывается вести жизнь частного лица, в тишине и смирении, дабы молитвами искупить свой грех.

В голове моей молнией пронеслось понимание. Я даже немного усмехнулась, а Чен Юфей, который еще раньше догадался обо всем, не скрыл язвительной ухмылки. Казнить народного героя, отца-командира, пекущегося о вдовах и сиротах своих солдат — немыслимо. Это посеет семена такого бунта, которые сметут и регентшу, и ее прихвостней. Но запереть его, опозорить, оклеветать — это их путь.

Я видела, как они будут действовать. Они будут месяцами, капля за каплей, отравлять колодец его славы. Из великого генерала Яо, достойного наследника своего легендарного отца и прекрасной принцессы Хаоджу, они сделают ублюдка, плодом греха и обмана. Имя его матери, сиявшее как луна, будут топтать в грязи. Как же это подло.

Затем взгляд Мэнцзы скользнул по Чен Юфею.

— А тебе, господин Чен, советую выбирать друзей осмотрительнее. Игра с огнем может оставить тебя без крыльев, мотылек.

Езоу выпрямился и промолчал. Я заметила, что некоторые воины Яо осудили Чен Юфея за такое молчание, и осторожно коснулась своими пальцами его. Не знаю, что в голове у моего друга, не плевать ли ему на сплетни в рядах войск Яо, но я ценила Чен Юфея не только за его ум, хитрость, и за то, что он приходил на выручку, но еще и за его гибкость. Сменись десять императоров, он к каждому найдет свой подход. Но если Чен Юфей назвал кого-то другом и соратником, он никогда не предаст.

Яо Веймин шагнул вперед, и стражники из клана Фэнмин напряглись. Они тоже натянули тетивы луков, готовые вот-вот вступить в бой.

— Я услышал приказ регентши, — с желваками на скулах сообщил генерал. — Я не буду чинить препятствий и уйду.

Где-то глубоко в душе я обрадовалась. После долгого и опасного путешествия я устала от схваток, мне хотелось безопасности, но обстоятельства мешали. Пожалуй, я мыслила эгоистично, но лучше быть эгоисткой, сберечь оставшиеся жизни, чем прослыть героем и проиграть в сражении.

— Но что ты, Шэнь Мэнцзы, — прищурился господин Яо, — собираешься делать с госпожой Шэнь?

Искорки в зрачках моего братца вспыхнули, будто он сам ждал подобного вопроса. Там на мгновение мелькнуло что-то старое, знакомое, но тут же утонуло в спеси.

— Беспокоитесь о госпоже Шэнь? Это благородно, но... Ее не в чем обвинять. Напротив, империя Цянь ей безмерно благодарна.

Мое сердце бешено заколотилось, предчувствуя подвох. Рядом пошатнулся Езоу, который тоже удивился словам.