Книга Злодейка желает искупления, страница 179 – Татьяна Антоник, Аника Град

Кэ Дашен, до этого молча зревший, как кипящий котел, не выдержал. Он резко шагнул вперед, его некрасивое, но выразительное лицо исказила гримаса презрения.

— Какой бред? — повернулся он к Яо Веймину. — И кому мы должны верить? Вам? Ей? — он бросил колкий взгляд в мою сторону. — Выстроили целый кукольный театр! Генерал, зачем вы их слушаете? Кто поручится, что этот «верный друг» уже не присягнул на верность вдовствующей императрице? Может, это он и есть та самая крыса, что прогрызла дыру в нашей обороне? Генерал, мы теряем время! Нужно штурмом взять дворец и вырвать юного принца из лап этой старой тигрицы, пока они не успели его отравить, как его брата.

Было обидно слушать эти ужасные речи, но сердце сжалось. Часть вины за смерть Юншэна и Лин Джиа лежала и на мне. Я знала, к чему могут привести интриги, но недоглядела, недооценила старого врага. Мне казалось, что в нынешнем моем положении мы никогда не пересечемся.

Правда, что-то не сходилось. Джан Айчжу не любила ни одна лишь я. Да весь Запретный город закатывал глаза, когда произносилось ее имя. Чиновники старались не иметь с ней дел, наложниц она презирала, а те презирали ее вдвойне. Одна, без могущественных союзников, Джан Айчжу не смогла бы провернуть такое. Слишком уж вовремя мы с Вэймином оказались в отъезде, слишком вовремя пришли те искаженные донесения, что едва не убили его отряд.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с господином Яо. В его зрачках читалось то же самое — холодное, ясное понимание заговора. Но был там и вопрос, обращенный ко мне.

"Ты знала? Ты причастна?"

Хотелось прокричать, доказать, что эти мысли совсем не про меня, но порыв расценят в обратную сторону. Да, мне было известно о происхождении Яо Веймина, но я, даже в минуты слабости, когда он обижал меня, оскорблял, ни разу не выдала такую информацию посторонним.

Вместо того чтобы бросаться на свою защиту, я принялась расспрашивать Чен Юфея.

— Одинокая женщина, которую все терпели из почтения к ее титулу, не смогла бы провернуть это в одиночку, — тихо проговорила я, обращаясь к Езоу. — У нее должны быть могущественные союзники. Кто? Чей меч стал ее опорой? Чей кошелек — ее казной?

Я уставилась на Чен Юфея. Он избегал моих глаз, его обычно насмешливый рот был поджат в тонкую, виноватую линию.

— Езоу, — произнесла я с нажимом, — ты сказал, что тебя обвиняют в шпионаже. Но ты чего-то не договариваешь. Кто предал императора? Какой чиновник, из тех, что заперт во дворце, на самом деле держит двери нараспашку для узурпаторов? Что за войска сейчас охраняют Запретный город? Куда делась армия господина Яо?

Он замер, будто пойманная мышь. Его пальцы сжали рукав так, что костяшки побелели.

— Улан... — он попытался улыбнуться, но получилась жалкая гримаса. — Не заставляй меня. Не сейчас, не здесь и не при посторонних.

— Ха, я же вам говорил, генерал, — Кэ Дашен ткнул в нас пальцем. — Этот мерзавец ее покрывает.

— Сейчас, скажи сейчас, — мое требование прозвучало довольно резко.

Я пыталась заглушить голос противного помощника, а еще внутри все похолодело. Раз Езоу не хочет говорить при посторонних, косвенно или прямо, виновата точно буду я. Небеса вновь посылают мне испытание, и я, кажется, с ним не справляюсь.

Чен Юфей молчал, а я сгорала от нетерпения и страха.