Книга Герцогиня Эмили, страница 122 – Аурелия Шедоу

Но здесь, на стене, стояли двое. И в эту минуту они были сильнее любого войска.

Глава 44 Первая прогулка

Утро выдалось холодным, но ясным. Солнце только начинало подниматься из-за гор, и его косые лучи золотили башни Волькенфельса, заставляя стены светиться тёплым, розоватым светом. Я поднялась в покои герцога, чтобы проведать его, и застала стоящим у окна.

Он уже не лежал. Опираясь на тяжёлую трость, прислонённую к подоконнику, он смотрел на двор, где кипела утренняя жизнь: солдаты расходились по постам, слуги несли воду, из кузницы доносился звон металла. Он был бледен, под глазами залегли тени, но в его взгляде я увидела то, чего не замечала раньше — живой, острый интерес.

— Ты уже встал? — спросила я, подходя ближе. — Матиас сказал…

— Матиас сказал, что мне нужно двигаться, — перебил он, не оборачиваясь. — И я хочу увидеть всё сам.

— Всё?

— Замок. — Он повернулся ко мне, и я увидела, как трудно ему даётся каждое движение. Но глаза горели. — Я слышал отчёты, знаю цифры. Но я не видел своими глазами, что ты сделала. А сегодня… — Он помолчал. — Сегодня я должен знать, что защищаю. И кого.

Я хотела возразить, сказать, что ещё рано, что он может сорвать швы, что Матиас будет ругаться. Но в его взгляде было столько упрямства, что я сдалась.

— Хорошо, — сказала я. — Но, если почувствуешь слабость — мы сразу вернёмся.

— Договорились.

Он взял трость, опёрся и сделал первый шаг. Я видела, как напряглись его мышцы, как побелели костяшки пальцев, сжимающих рукоять. Но он шёл. Рядом со мной.

Мы начали с главного коридора. Я специально выбрала этот путь — чтобы он увидел то, что первым бросается в глаза.

Герцог остановился на середине, оглядываясь. Стены, ещё недавно серые и унылые, теперь отливали тёплым светом от вымытых витражей. Солнце проникало сквозь цветные стёкла, и на каменном полу лежали алые, синие, золотые блики. Медные перила лестницы, которые он помнил тускло-зелёными от окиси, сияли, как зеркала. В воздухе пахло не сыростью и затхлостью, а чистотой — и чем-то ещё, едва уловимым, свежим.

— Чисто, — сказал он тихо. — Очень чисто.

— Люди сами вызвались, — ответила я. — Я только сказала, что мы начинаем с себя. И дала мыло.

— Мыло, — повторил он с лёгкой усмешкой. — Ты и тут умудрилась.

Я не ответила, только повела его дальше.

Мы свернули в боковой коридор, и там, на стене, он увидел их. Матовые стеклянные шары, вмурованные в камень, внутри которых мерцал ровный, спокойный свет. Не яркий, не ослепительный, а тёплый, живой.

Герцог замер.

— Это… — Он подошёл ближе, протянул руку, но не коснулся. — Это магия. Они работают?

— Да. Не в полную силу, но работают. — Я встала рядом. — Оказалось, что эти светильники можно заряжать солнечным светом. Прямые лучи, стёкла, немного терпения — и они оживают.

Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидела то, что искала — смесь удивления, уважения и чего-то большего.

— Ты нашла способ заряжать магию без магов, — сказал он медленно. — Знаешь, как это редко? В королевстве, магов можно пересчитать по пальцам, и все они при короле. А ты… ты просто взяла и сделала.

— Это только начало, — ответила я, глядя на ровный свет внутри шара. — Если бы у нас был мастер-рунограф, который разбирается в таких вещах… можно было бы не только светильники починить, но и водопровод, и отопление. По всему герцогству. Не только в замке.