Книга Лотос и роза, страница 66 – Марья Зеленая

Кажется, в прошлый раз его здесь не было.

Виктория достала документ, развернула на столе. Бумага была странной — тоньше европейской, но какой-то более живой, шелковистой. Исписана столбцами иероглифов. Внизу — красный оттиск печати.

И подпись. Размашистая, с нажимом на первую букву, с длинным росчерком в конце.

Ричард.

Он подписал этот документ. Лично. Недавно.

Виктория выпрямилась, сжимая край стола. Это важно. Должно быть важно. Но как это прочесть?

Она сунула документ в карман юбки и склонилась над ящиком, проверяя, не осталось ли там еще подозрительных бумаг, как вдруг за спиной скрипнула дверь.

— Мэм?

Сердце ухнуло вниз. Виктория обернулась. В щель заглядывала Ли Мэй.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Виктория резче, чем намеревалась.

Ли Мэй моргнула, отступила на шаг.

— Простите, мэм. Мой менять полотенца в ваш спальня. Услышать шум здесь, а? — Взгляд скользнул по кабинету, по столу. — Дверь всегда закрыт, когда масса нет дома. Мой думать...

Она не договорила, но и так было понятно. Подумала, что здесь кто-то чужой. Вор.

— Я… я просто проверяла, не нужно ли здесь прибраться, — пояснила Виктория, стараясь чтобы голос звучал ровно. — Пока мистер Кэрроу в отъезде.

Ли Мэй кивнула.

— Да, мэм. Мой сейчас же уходить. Не мешать больше.

— Хорошо.

Служанка исчезла. Выждав несколько секунд, Виктория вышла из кабинета и вернулась в спальню.

Полотенца у умывальника были свежими, значит, Ли Мэй не соврала. Скажет ли она Ричарду, что застукала хозяйку в кабинете? Вряд ли — слуги боятся его не меньше, чем она сама.

Виктория достала из кармана документ, разложила на кровати. Ровные столбцы иероглифов, подпись Ричарда, красная печать.

Все на китайском. Она не могла прочесть ни слова.

Но Лян мог.

Нужно показать документ ему. Но как? Днем опасно, кто-то может увидеть.

Значит, ночью.

Когда все уснут, она зажжет свечу.

Глава 15. Ночная встреча

На подоконнике горела свеча — золотой огонек отражался в темном стекле. Виктория достала документ из-под подушки. Сердце колотилось, ладони были липкими от пота. Спрятав бумагу в складках шали, она направилась к двери.

На полпути остановилась, взглянула на себя в зеркало. Поправила выбившуюся прядь у виска. Пощипала щеки, чтобы придать им румянца.

— Что ты делаешь? — спросила она у своего отражения. — Прихорашиваешься как девица перед свиданием, хотя всего лишь нужно передать документ?

Но от правды было некуда деться. Да, она хочет спасти двадцать женщин. Но не только… Еще она хочет увидетьего. Услышать голос. Снова ощутить то странное тепло, возникшее, когда он смотрел на нее...

— Вот дура! — Виктория отвернулась от зеркала и вышла за дверь.

Ночь была темной, тусклый серп луны едва проглядывал сквозь облака. Виктория дошла до каменного льва, прислонилась к нему плечом и стала ждать.

Вдалеке залаяла собака — раз, другой. Виктория прислушивалась к каждому звуку, вглядываясь в ночную мглу. Воздух казался все холоднее. Она обхватила себя руками, кутаясь в шаль.

И тут на стене дрогнула тень. Черная фигура поднялась над краем и легко спрыгнула на траву. Ни шороха, ни звука.

Это был Лян.

— Вы звали? Что-то случилось? — спросил он, приблизившись к ней.

Виктория достала из-под шали документ.

— Вот. Нашла в его кабинете. Подумала, это может быть важно.