Книга Зов чёрного лебедя, страница 26 – Мария Устюженко

Она изменилась с тех пор, как только покинула приют. Она изменилась даже с тех пор, как переступила порог редакторской конторы. Ей больше не пятнадцать, а двадцать пять — жизнь, длиною в десять лет, в большом городе должна была хоть что-то значить.

С этими мыслями она стояла перед ликом святых, убеждая и себя, и их. Несмотря на внутренний голос пагубной гордости, она хотела доказать им, что не зря пришла в этот мир и до сих пор жива.

Мирослава вдыхала запах церковного масла и ладана, который сжигали на углях церковного кадила, и постепенно обретала душевное спокойствие. Глухие шаги, которые в тишине, нарушаемой лишь шипением горящих свеч, вознеслись к полукруглому потолку и сообщили ей о том, что она больше не одна в этом священном месте.

Она глубоко вздохнула и обернулась, чтобы взглянуть на того, кто явился вслед за ней. Неожиданно это оказался недовольный Мстислав, который несколько дико смотрелся на фоне свечей и изображений святых. Его волосы в отблеске огней отливали бурым оттенком, похожим на закатное сияние. Присутствие этого мужчины в церкви было подобному костру, разведённому посреди дома.

— Старожила церкви разнёс всем, что новенькая наведалась в церковь. Вы здесь уже два часа. Долго ещё? — негромко, оттого его низкий голос прозвучал зловеще, спросил он.

Мирослава недоумённо нахмурилась, не понимая, как время смогло так быстро пролететь. Ей также захотелось попенять Мстислава за то, что он ведёт неуместные разговоры в церкви, но вместо этого она вскинула бровь и полюбопытствовала:

— В вашем селе есть запрет на посещение церкви?

— Не следует вести такие разговоры здесь, — хмуро осадил он её, возмутив этим Мирославу. — Правила такого нет, но приезжие не ходят в нашу церковь. Тем лучше для них.

Он поднял свою лохматую голову к лику святых и на мгновение стал похож на обычного прихожанина. Но затем вновь опустил свой взгляд на Мирославу, и это ощущение пропало. Он развернулся, красноречиво сверкнув глазами напоследок, и пошёл к выходу.

— Почему? — потребовала она ответа, но двинулась за ним, решив продолжить расспрос на улице.

Перед тем как уйти, она вновь перекрестилась, и про себя поблагодарила за подаренное умиротворение, игнорируя требовательный взгляд Вяземского.

Они вышли на залитый солнцем луг, провожаемые любопытным старожилом, который выглянул из своей каморке. Мирослава проигнорировала его внимание, потому что была поглощена удивлением, которое охватило её при виде множества свободно пасущихся животных. Она остановилась, разглядывая чёрно-белые бока коров.

— Ты идёшь?

Мирослава, наконец, заметила, что Вяземский уже начал спускаться с возвышенности, но замер в ожидании неё.

— Куда? — спросила она, присоединяясь к нему.

Он ничего не ответил, а просто пошёл дальше. Мирослава остолбенела, чувствуя неловкость и раздражённость, а затем неожиданно для себя рассмеялась. Мстиславу пришлось снова обернуться и обратить своё внимание на неё.

— Я сделаю вид, что мы перешли на «ты», как и положено, — сквозь смех сказала она, выставив на него указательный палец. — Но я не сдвинусь с места, пока ты не ответишь на мои вопросы.

Он некоторое время спокойно глядел на неё, затем подошёл ближе, но всё равно оставил между ними приличное расстояние и велел: