Книга Предначертанная. Часть 2, страница 195 – Шахназ Сайн

Алан достал телефон и позвонил. Через несколько секунд он уже говорил твёрдым, властным голосом, не оставлявшим собеседнику шанса возразить:

— Выбей для нас время в ЗАГСе. Мы с Мирой распишемся.

После этих слов он убрал телефон, остолбеневшая Мира с раскрытым ртом уставилась на него. Но даже его шрамы не пугали её так, как это решение.

— Я не давала согласия, Алан! Мы не будем расписываться!

— А оно нужно? – спросил Алан низким, раздражённым тоном. – Пока мне удаётся сдерживать пыл Мурада. Да, его люди меня сторонятся, хотя, судя по всему, какой-то отморозок уже перестал соблюдать границы. Мы оба могли сегодня погибнуть. В следующий раз тебя могут убить, а меня рядом не окажется. Отец пока не играет в открытую, но скоро начнёт – его терпение на пределе.

Мира глубоко вдохнула, стараясь говорить спокойнее, но нервы были ни к чёрту:

— ЗАГС, Алан? ЗАГС! Это значит – жениться! Стать мужем и женой! Частью семьи, понимаешь? А не просто подписать бумажки! – её голос становился громче. – Да и вообще! Мы живём в Санкт-Петербурге! Это большой город, люди месяцами, а то и по полгода ждут записи! За день-два такое не устроишь!

— Не кричи, – сухо отрезал Алан, он изредка поглядывал в зеркало заднего вида. Его взгляд, обычно жёсткий, сейчас казался уставшим. – Красные купюры способны устроить всё что угодно и когда угодно. ЗАГСов хватает, я знаю, к кому обратиться. И вообще, не преувеличивай. Тысячи людей расписываются просто ради документов, гражданства или других махинаций, а потом расторгают брак. – Он повернулся к Мире. – Для нас с тобой это всего лишь бумага. Для моего отца – оковы, которые не позволят ему играть в грязные игры.

Мира судорожно зажмурилась, отрицательно качая головой.

— Слишком много тайн, – сказала она подавленным тоном. – Слишком глубокая яма, из которой я потом не выберусь. Я захлебнусь, Алан! Я уже не могу нормально жить и соображать из-за этой ноши! А теперь ещё быть твоей тайной женой и невесткой семьи Тагиевых… – Её передёрнуло от собственных слов. – Да и… – её голос оборвался, стал тише, – Мурад Давидович навещает Махиру. Он, конечно, расскажет ей эту «прекрасную новость». Боже… боюсь даже подумать, что будет, когда узнает Ратмир… – Мира схватилась за голову, не в силах смотреть на мир в эту секунду.

— Переживёт твой Ратмир, – холодно бросил Алан. – А вот ты можешь умереть, и даже десяток таких Ратмиров не сдержат пыл моего отца. Мне казалось, ты уже успела это понять.

— Алан, это предательство, – прошептала Мира, опустив руки и пытаясь дышать ровнее. – Ни один мужчина такого не простит. Особенно если узнает, что за его спиной женщина живёт у другого.

Алана позабавили её слова – Мира уловила едва сдерживаемый им смешок:

— Ты спала со мной? Нет. И этого достаточно для любого мужчины.

— Но Ратмир – не «любой»! – вспыхнула Мира. – Ему было тяжело довериться, раскрыться передо мной, но он пересилил свои страхи, преодолел свои барьеры и сумел почувствовать ко мне что-то настоящее! Я не могу его так предать! Не могу, и точка! Даже ради своей жизни!

— Слушай, избавь меня от подробностей, – раздражённо отмахнулся Алан. – Всё, что связано с ним, меня до ужаса бесит. И каким бы он ни был в твоих глазах, для меня он останется сволочью, игравшей жизнями людей – и в первую очередь жизнью моего брата. До сих пор я не могу поверить, что Тимур ни разу не отвернулся от него, хотя так называемый друг увёл его любимую.