Книга Предначертанная. Часть 2, страница 193 – Шахназ Сайн

Майя бросилась к нему и дрожащими пальцами набрала знакомый номер.

Как только на том конце подняли трубку, она выкрикнула:

— Артур, хватит! Прекрати это немедленно! Не смей так грязно подставлять Руслана!

В ответ раздался спокойный, почти довольный голос, произнёсший всего одну фразу перед тем, как связь прервалась:

— Ты знаешь, что мне нужно.

Майя судорожно сжала телефон в руке, закрыла глаза и почувствовала, как паника разливалась по венам, словно раскалённая лава.

Когда голос в трубке смолк, она медленно, едва переставляя ноги, подошла к роялю. Зал был разгромлен: перевёрнутые стулья, разбитые бокалы, растоптанные розы. Майя опустила взгляд на клавиши пианино, а затем – на столик, за которым ещё недавно сидели двое взрослых людей, смущённо ужиная и украдкой поглядывая друг на друга.

— Хулиган, ты влюбился не в ту… – прошептала она дрожащими губами, прежде чем закрыть глаза и расплакаться.

Этой ночью Мира спала особенно плохо. Обрывки снов, всплывавшие в её сознании, переплетались во что-то непонятное, засасывали в забытьё и с силой выталкивали обратно в реальность. Чувство страха, подобно чёрному вольному зверю, не отступало и тревожило её состояние, которое с каждой секундой становилось всё мрачнее.

Лютый внутренний холод истязал тело и душу Миры, и, когда это стало невозможно терпеть, она открыла в ночи мокрые глаза, полные ужаса.

Мира, скрючившись под грудой одеял, тряслась и обливалась потом. Понять, что именно заставило её испытывать этот дикий ужас, не получалось, сознание отказывалось восстанавливать картины её снов. И всё, что к утру запомнила Мира, – это буквально несколько секунд сновидений, которые ей с трудом удалось выловить из ночного забвения. Одна и та же картина. Один и тот же непонятный посыл.

Две маленькие девочки сидят на полу и играют с куклами, а потом резко оборачиваются назад и испуганно смотрят на кого-то. Затем наступает тьма, слышатся крики, Миру перебрасывает куда-то в город, она видит спину какого-то человека, быстро убегающего от неё.

Мира то просыпалась с сильно бьющимся сердцем, испытывая чувство тошноты, то засыпала. Глаза рады были закрыться, но сознание боялось погрузиться в сон, как и всё её существо.

Ей пришлось пересилить тяжёлое ощущение сонливости, встать с кровати и включить свет – тьма пугала её. В конце концов ей удалось уснуть и провалиться во тьму, которая рассеялась с наступлением рассвета.

Чувствовала Мира себя ужасно, ломота в теле и желание нормально поспать смешались во что-то неприятное, словно на плечи повесили груз, от которого невозможно было избавиться.

Утром Алан заметил и её подавленное состояние, и большие синяки под глазами. Мира отказалась от завтрака и молча спустилась с ним на цокольный этаж, где была припаркована его машина. Вскоре они выехали на дорогу.

— Почему ночью горел свет в комнате?

— Хм? – задумчиво издала тихий звук Мира, переведя внимание с окна на Алана. Он повторил вопрос, прежде чем она ответила: – Кошмары. – Затем она вновь посмотрела в окно.

— Не хочешь рассказать про них? – спросил Алан, на что получил тихое и твёрдое «нет».

Он больше не задавал вопросов и лишь изредка поглядывал то на дорогу, то в боковое зеркало.