Книга Вторая жизнь барышни Софьи, страница 26 – Нинель Мягкова

Но увы — понятия не имела, что предприятие господина Сташевского висит на тоненьком волоске его самоуверенности. С другой стороны, вот мы познакомились и понятно стало: там не волосок, а целый канат. Мореходный.

— Да так. Бродят разные, — сдал назад хлыщ. — Значит, насквозь меня видите. Интуиция, видать, девичья?

— И она тоже, — мило улыбнулась я.

— Что ж. Придется пойти другим путем.

— Каким же?

— Узнаете, — хмыкнул господин Сташевский, развернулся и бодрым шагом потопал в сторону бульвара.

Я с подозрением прищурилась ему вслед. Не ожидала настолько довольного тона, будто я уже подписала купчую, а не отказалась наотрез. Что это он задумал?

Вернулась в кабинет, но погрузиться в цифры не получалось. Смутные сомнения терзали разум, и в конце концов я сдалась.

— Дуняш, давай на сегодня закроемся и домой, — предложила служанке. — Мастера закончили?

— Давно уже, — с облегчением воскликнула она.

Авдотье не слишком нравилось торчать в пропыленном, пахнущем краской и деревом помещении. Она из как раз из тех девиц, что из светлицы всю жизнь бы не выходили, знай переодевались и прихорашивались. Но судьба вносит свои коррективы вроде неугомонной хозяйки.

Сумерки уже опускались на город, но закатное солнце продолжало сиять вовсю, окрашивая стекла бордовым и оранжевым. Уже завтра бал, а после — сплошные праздники, когда работать не будет почти никто, а кто попытается — тех лучше не допускать, поскольку похмелье штука неприятная и чреватая ошибками.

Типография почти готова, осталось лишь дождаться станков и запустить первую партию. Новостную полосу я наметила заранее, помня об основных событиях того злополучного новогодия. Скандальный развод в семье Гусевских, три вальса подряд с одним кавалером барышни Воронцовской — и последовавшая помолвка, а также невероятный звездопад на третью ночь, ставший самым ярким за последние сто лет наблюдения.

Две новости из былого списка решительно вычеркнула.

Не будет ни ареста фокусника-мошенника, ни флирта девицы Мещерской с господином Каменецким. Перебьется женишок, пусть другую дуру ищет.

А вот о подругах следует позаботиться. Они не виноваты, что сделали в свое время неправильный выбор. По крайней мере могу подсказать, на кого смотреть точно не стоит. Вот на кого следует — это вопрос… Надежных, добропорядочных парней среди высшего света Унгура не так много, к сожалению.

Придется поднапрячь память.

Занятая размышлениями, я не сразу поняла, что дома гости.

А когда увидела, кто именно к нам заявился — разозлилась не на шутку.

Стол уже накрыли к ужину, ждать меня не стали, а на самое почетное место усадили господина Сташевского.

— Вы что здесь забыли? — выпалила я вместо положенного приветствия.

Хорошо, хоть переодеться успела, не ввалилась как была, в душегрейке и старой шерстяной кофте. Меня слуги предупредили, что к нам гости.

Но кто ж знал, что гости у папеньки — такие!

— Я же говорил, что пойду другим путем, — безмятежно оскалился хлыщ. — Вот и добрел потихоньку. Мы с господином Мещерским как раз обсуждаем будущее печатного дела. Не желаете присоединиться?

— Желаю, — мрачно буркнула я, уселась, не обращая внимания на батюшкин осуждающий взгляд, и уставилась на гостя.

— Я как раз говорил, что начинать дело с нуля крайне сложно, — продолжил господин Сташевский с того места, где остановился. — А новый листок, как ни крути, оно и есть. С полной пустоты.