Книга Няня для босса, или Папа строгого режима, страница 62 – Алекс Скай

— Вы слишком нормально реагируете. Это сбивает.

— Могу ревновать папку с вашими идеями к дому Ветровых, если вам так привычнее.

— Не надо. У меня уже есть один человек, который учится не заворачивать ревность в деловые формулировки.

Кирилл рассмеялся.

Когда я вышла из кафе, на улице было холодно и ярко. Я шла к остановке и думала, что впервые за последние дни мне удалось поговорить о будущем не через слово “репутация”. Не через угрозу заголовков, не через страх Марка, не через взгляд Романа, от которого в голове становилось слишком шумно.

Проект Кирилла был хорошим.

Я могла бы попробовать.

Не вместо Ветровых. Не против Романа. Не как побег.

Как что-то своё.

И ровно в тот момент, когда эта мысль стала почти спокойной, телефон завибрировал.

Сообщение пришло от Лидии Аркадьевны.

“Вера, добрый день. По итогам обсуждения с советом и юридическим отделом подготовили проект соглашения о вашем участии в семейной коммуникационной линии Романа Андреевича до завершения переговоров по “Северному кварталу”. Документ предварительный, но сроки сжатые. Просьба ознакомиться сегодня. Ольга направит файл. Уверена, мы сможем найти комфортный формат”.

Комфортный формат.

Я остановилась прямо посреди тротуара.

Через минуту пришёл файл от Ольги. Без комментария. Потом следом второе сообщение:

“Вера, я только получила это в рассылке. Роман Андреевич в копии не был. Я пытаюсь понять, кто согласовал отправку”.

Я открыла документ.

Название было безупречно вежливым:

“Соглашение о публичном участии и сопровождении семейных мероприятий”.

Первый пункт звучал даже прилично. Моё согласие на присутствие рядом с детьми в рамках отдельных мероприятий. Второй — соблюдение границ частной жизни. Третий — согласование фото. Я уже почти решила, что, возможно, зря напряглась.

Потом дошла до четвёртого.

“Участник соглашается поддерживать согласованный образ семейной стабильности и эмоциональной открытости Романа Ветрова в публичных и полупубличных форматах до завершения ключевого этапа переговоров”.

Участник.

Не Вера.

Не няня.

Не человек.

Участник.

Пятый пункт:

“Участник обязуется воздерживаться от публичных действий, способных создать противоречивую трактовку семейной коммуникационной линии, включая появление в конкурирующих социальных, детских или семейных проектах без предварительного согласования”.

Я перечитала.

Один раз.

Второй.

Третий.

А потом вдруг стало очень тихо.

Не вокруг. Внутри.

Вот он и был — аккуратный, красивый, юридически выглаженный способ сказать: будь рядом с Романом, пока это нужно сделке, не выходи в другое пространство без разрешения, не разрушай картинку, не мешай людям верить, что строгий отец стал живым в правильном составе.

Я долистала дальше.

“Рекомендуемый срок участия — до закрытия публичной фазы проекта “Северный квартал” с возможностью продления по взаимному согласованию”.

“Участник принимает во внимание эмоциональную привязанность детей и обязуется не создавать резких изменений присутствия без согласования с Романом Ветровым или уполномоченными представителями”.

“Участник при необходимости может быть представлен как семейный специалист, сопровождающий адаптацию детей и поддержание благоприятной домашней среды”.

Красивая упаковка.

Внутри — временная мама по графику.