Книга Развод с драконом-наместником. Хозяйка проклятой пекарни, страница 83 – Алекс Скай

— Сколько?

— До вечернего Совета.

— Сегодня?

— Да. После пожара старшие дома не смогут делать вид, что ничего не происходит. Я созвал их сам.

— Ты хочешь, чтобы я пришла?

— Да.

Элина устало усмехнулась.

— Опять дворец?

— Нет. Совет пройдёт в городской ратуше. Нейтральная земля.

Ардан посмотрел на него внимательнее.

— Вы быстро приняли решение.

— Вчера я принимал слишком медленно.

Это было сказано без взгляда на Элину.

И всё равно ей.

Марта наклонилась к Тишу и прошептала:

— Запомни, мальчишка. Дракон учится извиняться через административные действия.

— Это хорошо?

— Для начала сойдёт.

Рейнар услышал.

И, к удивлению всех, не разозлился.

— На вечернем Совете, — продолжил он, — я официально предложу пекарне защиту наместника как месту старого права.

Элина сразу сказала:

— Нет.

Он посмотрел на неё спокойно.

— Выслушай.

— Я уже отказала.

— Я помню. Поэтому предложение будет другим. Не мои стражники у твоего порога. Не мой герб над твоей вывеской. Не моя воля над твоими людьми. Я предложу признать пекарню независимым домом огня под защитой городского закона и Совета, а не дома Вейранов.

Лиор закрыл глаза.

Ардан тихо произнёс:

— Это изменит баланс старших домов.

— Да, — сказал Рейнар.

— Велора будет против.

— Да.

— Мираэль или тот, кто за ней стоит, ударит до вечера.

— Скорее всего.

— И всё равно?

Рейнар посмотрел на Элину.

— Иначе я снова предложу ей клетку и назову её защитой.

Элина не отвела взгляда.

Слова были правильными.

Слишком поздними.

Но уже не пустыми.

Она чувствовала это — и не знала, что с этим делать.

Внутри печи что-то тихо щёлкнуло. На заслонке проступила короткая надпись:

“Слушай. Не верь сразу.”

Марта наклонилась и прочитала.

— Вот это умная печь. Я бы так же сказала.

Элина невольно улыбнулась.

Рейнар тоже посмотрел на надпись.

— Даже печь мне не доверяет.

— У неё хороший вкус, — сказала Марта.

— Марта, — тихо сказала Элина.

— Что? Она сама написала.

Рейнар почти улыбнулся.

Почти.

И это “почти” вдруг больно напомнило Элине их первые месяцы. Когда он ещё мог смеяться. Когда в доме Вейранов не всё было холодом. Когда она ещё думала, что любовь способна научить дракона быть мягче.

Но любовь не должна быть школой для того, кто не просил уроков.

Элина положила ладонь на стойку.

— Я приду на Совет.

— С Риной? — спросил Лиор.

Рина сразу встала.

— Я пойду.

— Нет, — сказала Элина.

— Это про меня.

— Именно поэтому не позволю тащить тебя в зал, где взрослые будут спорить о твоей крови, метке и праве дышать спокойно.

Рина сжала кулаки.

— Я не хочу, чтобы вы решали за меня, как они.

Эти слова ударили точно.

Элина замерла.

Марта открыла рот — и закрыла.

Тиш тихо сказал:

— Она права.

Все посмотрели на него.

Он смутился, но не отступил.

— Ну… если все говорят, что Рина важная из-за метки, а потом оставляют её дома, когда решают про метку, это как-то… не очень честно.

Лисса кивнула.

Рина смотрела на Элину не дерзко.

С болью.

И ожиданием.

Элина медленно выдохнула.

Вот оно.

Самое трудное.

Защита не должна становиться той же клеткой, только с добрыми словами.

— Хорошо, — сказала она. — Ты пойдёшь. Но не как доказательство. Не как вещь, которую покажут Совету. Ты пойдёшь как Рина, помощница пекарни Астер, носительница половины печати и человек, чьё согласие нужно спрашивать.