Книга Развод с драконом-наместником. Хозяйка проклятой пекарни, страница 1 – Алекс Скай

Элина поняла, что её сегодня уничтожат, ещё до того, как глашатай ударил посохом в мраморный пол.

Не по взгляду мужа.

Рейнар давно научился смотреть на неё так, будто между ними не было трёх лет брака, общих завтраков в северной галерее, ночных разговоров у камина и его редкой, почти мальчишеской улыбки, которую она когда-то считала своей маленькой победой. Его взгляд давно стал ровным, властным, чужим.

Элина поняла всё по залу.

Слишком много дам в драгоценностях собрались у правой колоннады. Слишком рано пришли советники. Слишком торжественно стояли стражники у трона. Слишком сладко пахло лилиями, которыми украшали дворец только в дни больших объявлений.

А ещё сегодня никто не шептался.

Придворные умели шептаться даже во время казни. Умели обсуждать фасон рукава, пока кому-то ломали судьбу. Умели прятать смешки за веерами, пить вино и делать вид, что чужая боль — всего лишь часть придворного этикета.

Но сейчас они молчали.

Ждали.

И ждали именно её.

Элина остановилась у входа в тронный зал, не позволив себе сжать пальцы на складках белого платья. Платье было слишком красивым для такого дня. Тяжёлый шёлк цвета первого снега, жемчужная вышивка по лифу, тонкие рукава, спадающие на запястья. Рейнар подарил его ей в первую зиму после свадьбы.

— В нём ты похожа на свет в моём доме, — сказал он тогда.

Она запомнила.

Женщины всегда запоминали слова, сказанные в тёплом полумраке, особенно если потом эти слова приходилось вырывать из сердца по одному.

Теперь она понимала, зачем служанки принесли именно это платье. Не для красоты. Для насмешки. Чтобы все увидели: даже свет можно вывести к трону и погасить одним приказом.

— Леди Элина Вейран, супруга наместника Драконьего края! — объявил глашатай.

Голос его дрогнул на слове “супруга”.

Кто-то в зале едва слышно вдохнул. Кто-то слишком быстро отвёл глаза. А кто-то, наоборот, подался вперёд, чтобы не пропустить ни одного мгновения.

Элина пошла к помосту.

Каждый шаг отдавался в мраморе негромким стуком. Не спешить. Не сутулиться. Не искать сочувствия. Не оглядываться.

Сочувствие при дворе было той же монетой, что и презрение. Просто с другой чеканкой.

Рейнар стоял у трона.

Высокий, широкоплечий, безупречно спокойный. Тёмные волосы были убраны назад серебряным обручем наместника. На чёрной парадной мантии мерцала вышивка: дракон с раскрытыми крыльями, обвивающий башню. Символ его рода. Символ власти. Символ мужчины, которому с детства внушали, что весь край — продолжение его воли.

Когда-то Элина гордилась, что стоит рядом с ним.

Сегодня рядом с ним стояла другая.

Юная девушка в платье нежно-розового цвета держала ладонь на рукаве Рейнара так, будто весь зал должен был увидеть эту ладонь. У неё были золотистые локоны, большие светлые глаза и то выражение мягкой невинности, которое обычно появлялось у женщин, слишком хорошо знающих, как производить впечатление на мужчин.

Мираэль.

Элина слышала это имя уже много раз.

Сначала — случайно, в коридорах. Потом — намеренно, за обеденным столом, когда советницы наместника с притворной небрежностью восхищались новым голосом, новым платьем, новой улыбкой. Потом — почти открыто, когда Рейнар начал исчезать по вечерам и возвращаться с запахом чужих духов на манжете.