Книга Мачеха поневоле для драконьего бастарда, страница 4 – Алекс Скай

Он не повернулся сразу.

Арина сделала шаг.

Мальчик вздрогнул.

— Я ничего не трогал, миледи, — сказал он быстро.

Слишком быстро.

Слишком привычно.

Арина остановилась.

— А что ты хотел потрогать?

Он всё-таки повернулся.

Лицо у него было бледным, тонким, красивым какой-то тревожной, недетской красотой. Глаза — серые, с тёмным ободком, настороженные до боли. В них не было детского любопытства. Только ожидание удара, даже если ударом окажется слово.

— Книгу, — сказал он.

— Какую?

Мальчик покосился на стол.

Там лежала большая книга в чёрном переплёте. Поверх неё — тонкая полоска ткани с гербом Морвентов, будто книга была не предметом, а территорией.

— Родовую, — тихо сказал мальчик. — Мне нельзя.

— Почему?

Он удивился вопросу.

— Я бастард.

Слово прозвучало ровно. Без истерики, без обиды, как выученный ответ на уроке. От этого Арине стало хуже.

— А имя у тебя есть? — спросила она.

Он снова напрягся.

— Ноэль, миледи.

— Так вот, Ноэль. Когда я спрашиваю, почему тебе нельзя читать книгу, ответ «я бастард» не подходит. Он вообще ни к чему не подходит, кроме чужой глупости.

Мальчик смотрел на неё так, будто она заговорила на языке камина.

— Вы… сердитесь?

— Да.

Он опустил голову.

— Простите.

— Не на тебя.

Ноэль не поднял глаз.

Значит, не поверил.

Арина медленно подошла к столу и взяла книгу. Тяжёлая. Пахла старой кожей и пылью. На обложке — тот же чёрный дракон, только глаза у него были выложены маленькими красными камнями. Книга показалась тёплой, хотя комната была холодной.

Ноэль дёрнулся.

— Не надо, миледи. Если леди Селеста узнает…

— Кто такая леди Селеста?

Мальчик испуганно посмотрел на дверь.

— Тётушка. Она сказала, мне нельзя читать семейные книги. И сидеть за большим столом. И ходить в западный сад. И разговаривать с гостями, если меня не спрашивают.

— Очень насыщенная женщина, — пробормотала Арина.

— Что?

— Говорю, у твоей тётушки много свободного времени для чужой жизни.

Ноэль молчал.

Арина положила книгу обратно, но уже не под ткань, а перед ним.

— Читать хочешь?

Он посмотрел на книгу.

Потом на неё.

Потом снова на книгу.

— Мне нельзя.

— Это я уже слышала. Я спрашиваю: хочешь?

Губы у него дрогнули.

— Да.

В этом «да» было столько осторожной жадности, что Арине захотелось немедленно найти Селесту и объяснить ей несколько новых правил поведения с детьми. Желательно громко. Желательно при свидетелях.

Она придвинула стул.

— Садись.

Ноэль не сел.

— Леди Элира…

От своего чужого имени Арина внутренне поморщилась, но виду не подала.

— Что?

— Вы вчера сказали, что если я ещё раз потянусь к родовым вещам, меня отправят туда, где мне не понадобится знать буквы.

Вот и первая минная поляна.

Арина медленно выдохнула.

Прежняя Элира была не просто нелюбимой. Она успела отметиться лично.

— Вчера я сказала глупость, — произнесла Арина осторожно.

Ноэль моргнул.

Похоже, в этом замке взрослые не признавали глупости. Они их называли законом, воспитанием и благом рода.

— Сегодня я говорю другое, — продолжила она. — Если ты хочешь читать, ты будешь читать. Если кто-то против, пусть приходит ко мне.

— Леди Селеста придёт.

— Тем лучше. Я люблю знакомиться с людьми, которые запрещают детям книги. Это сразу многое упрощает.

Он всё ещё не садился.

Тогда Арина взяла второй стул и села сама.