Книга Мылодрама, или Феникс, восставший из пены, страница 33 – Елена Амеличева

Бестия, величественно выйдя на крыльцо, сладко потянулась, облизнулась и посмотрела на меня с выражением, которое можно было прочитать лишь одним способом: «Ну, наконец-то этот упрямый своенравный двуногий начал проявлять признаки разума».

Если бы кто-то сказал мне месяц назад, что я, Маттэя Дэй, буду проводить свои дни, сражаясь с паутиной вековой толщины и расшифровывая записи увлеченного алхимика с отвратительнейшим почерком, я бы рассмеялась ему в лицо. А теперь… Теперь это была моя странная, но насыщенная повседневность.

Деньги, те самые, что я так бережно прятала, таяли на глазах, быстрее, чем утренний иней под первыми лучами солнца. Горькое, холодное осознание этого висело над замком дамокловым мечом, отравляя радость от каждого расчищенного угла, от каждой улыбки работников. Нужен был доход. Быстрый, как удар молнии. И в моей голове, отполированной до блеска отчаянием, наконец-то созрела первая, здравая идея.

— Мыловарня, — объявила я за скудным завтраком, состоящим из овсяной каши и последних, чуть сморщенных яблок из нашего заброшенного сада. — Отец когда-то снабжал своим мылом пол-графства. Оно славилось, как отменное. Это наш шанс. Мы возродим мыловарю!

Гораций, доедая свою порцию с церемонной, неизменной медлительностью, тяжело вздохнул, отложив ложку:

— Рецепты, миледи, утеряны. Старый мастер Олав ушел, а записи… ваш отец, помнится, все экспериментировал, записывал шифром. А ингредиенты… Нужна щелочь чистейшая, масла качественные, эфирные вытяжки… Дорогое это удовольствие. И рискованное.

— Значит, найдем! — с непоколебимым, в основном наигранным, но от того не менее жарким оптимизмом заявила я, встав из-за стола. — Рецепты — расшифруем. Ингредиенты… найдем замену, свое, местное! Аленка, Кир, вы со мной? Нам нужны глаза-алмазы, чтобы найти нужные травы, и носы ищеек, чтобы вынюхать, где что растет! Наша охота начинается!

Моя «команда» отреагировала с энтузиазмом, достойным великого похода и захвата неприступной крепости. Кир, нахлобучив набекрень свою новую холщовую шапку, сшитую мастером Абелем, тут же начал изображать кровожадного сыщика с хищным взглядом.

— Все тайное станет явным! — провозгласил он, сурово щурясь. — Ни один рецепт не уйдет от нас!

Аленка, не говоря ни слова, с деловым видом сунула за пояс свою вечную рогатку — видимо, на случай, если рецепты придется добывать силой у особо несговорчивых пауков или если мы наткнемся на стражей в лице мышиного короля.

Мыловарня располагалась в отдельном, почерневшем от времени и влаги каменном здании у реки. Дверь, когда-то крепкая, а ныне подгнившая снизу, отворилась с протяжным стоном, выдохнув на нас тяжелое дыхание забвения — запах столетий, пыли, старой древесины и чего-то кисло-сладкого, напоминающего о давно забытых экспериментах.

Внутри царил хаос, достойный писательского пера: опрокинутые медные котлы, похожие на панцири сраженных великанов, полки, заваленные почерневшими склянками, и повсюду — паутина, такая густая, тяжелая и узорчатая, что, казалось, ею можно было бы поймать не только мух, но и зазевавшееся привидение.

— Фу! — фыркнул Кир, отпрыгивая от клубка пыли, поднятого его же сапогом, и отряхиваясь. — Здесь даже призраки, наверное, чихают от пыли.

— Не отвлекайся, сыщик, — строго сказала я, ощущая, как легкий трепет смешивается с азартом. — Наше сокровище здесь. Ищем любые бумаги. Книги, свитки, записки на клочках пергамента. Все, что пахнет знанием, а не плесенью.