Книга Мылодрама, или Феникс, восставший из пены, страница 76 – Елена Амеличева

Шучу. Но почти. Он строит им крепости из подушек, а по вечерам, когда они засыпают, изображает страшные тени на стенах, от которых они визжат от восторга, а не от страха.

Моя Большая Теплая Самка… она светится. Как очаг, вокруг которого собирается вся стая. Она уже не просто Маттэя, хозяйка мыловарни. Она — центр вселенной для этих четырех маленьких планет. И для него. И, признаюсь по секрету, для меня. Ее ладони по-прежнему самые нежные на свете.

Аленка и Кир, те самые первые двуногие котята, которых я когда-то терпела, теперь стали моими старшими лейтенантами. Они носят младших, утихомиривают драки, читают им сказки и с полным пониманием дела чешут мне за ухом в тех местах, до которых я сама не дотянусь. Первоклассный персонал. Отлично обучила, воспитала и вымуштрововала. Горжусь собой, время потрачено не зря.

Итак, на данный момент ситуация в замке следующая:

Лео, 5 лет. Наследник. Серьезный, с глазами Высокого Самца. Пытается подражать отцу во всем. Часто пытается «помочь» мне с умыванием, за что получает легкий тычок мокрым носом. Перспективный.

Алиса, 4 года. Исследователь. Вечно куда-то карабкается. Обожает засовывать свои пальцы в мои уши, проверяя, насколько глубоко они погружаются — глубже ли, чем у игрушечного плюшевого кота. Приходится применять тактику маневренного отступления.

Марк, 3 года. Вечный двигатель. Если в доме тихо, значит, Марк что-то сломал, разлил или разрисовал. Мой личный тестер на прочность хвоста. Прошел суровую школу.

Ирина, 2 года. Очаровательный террорист. Говорит отдельными словами, главное из которых — «Кыся!». Имеет привычку засыпать, обняв меня так крепко, что приходится терпеть до самого ее погружения в глубокий сон, и только потом осторожно высвобождать шерсть. Моя слабость.

Итоги. Да, мой покой нарушен. Да, мне иногда приходится прятаться на самой верхней полке в кладовой, в коробке со старыми свитерами, чтобы насладиться пятью минутами ничегонеделания в одиночестве.

Но когда вечером вся эта орава собирается в большой комнате, Высокий Самец разводит в камине огонь, Большая Самка разливает травяной чай, а четверо маленьких теплых комочков валяются на ковре, я, соблюдая субординацию, обхожу их всех по кругу.

Проверяю. Нюхаю. Лео чешет за ушком, Алисе разрешаю погладить себя по спине, Марка легонько бодаю лбом, а Ирине позволяю обнять себя за шею.

Потом я запрыгиваю на спинку дивана, на свое законное место Командующего Обзорным Постом, свертываюсь клубком и включаю мурчальный режим на полную мощность.

Они шумные, непредсказуемые и вечно путаются под лапами. Но это МОИ шумные, непредсказуемые и вечно путающиеся под лапами. Они — часть стаи. Часть семейного очага. И пока я, Бестия, не спускаю с них своих зеленых глаз, с этим очагом и со всеми, кто к нему прибился, будет все в полном, абсолютном и бесспорном порядке.

Мяу. Точка. Можно расходиться. И принесите мне рыбки. Это приказ!