Книга Пекарня маленьких радостей, страница 93 – Фиона Сталь

Мы не просто пекли. Мы создавали шедевры. Наша слава гремела далеко за пределами Остервика. Купцы, едущие по торговому тракту, специально делали крюк, чтобы заехать в наш город и купить «те самые булочки от леди Элис». Остервик, который раньше был просто серой точкой на карте, стал «сладкой столицей» всего региона.

— Ты сделала для экономики города больше, чем вся моя казна за десять лет, — сказал мне как-то Элдрид, изучая городские отчеты.

Именно это и стало моей второй ролью.

Вечером я становилась леди Элис. Я снимала фартук, надевала простое, но элегантное платье и поднималась в замок. Но я не сидела без дела. Кабинет Элдрида стал нашим общим рабочим пространством.

— Опять дороги, — ворчал он, склонившись над картой. — Мост через реку совсем прогнил. Ремонт будет стоить целое состояние.

— А зачем его ремонтировать? — спрашивала я, заглядывая ему через плечо. — Он же неудобный. К нему ведет узкая, кривая улица.

— Другого места нет.

— Есть, — я брала уголек и проводила новую линию на карте. — Вот. Если построить новый мост здесь, он выйдет прямо на торговую площадь. И купцам не придется тащиться через весь город. Путь станет короче и удобнее.

Он поднимал на меня удивленные глаза.

— Но… это же земли старого барона Фридриха. Он за них сдерет втридорога.

— А ты не покупай, — я улыбалась. — Ты предложи ему партнерство. Город строит мост, а он на своей земле открывает постоялый двор и склады. И платит в казну десять процентов от прибыли. Ему выгодно, и нам выгодно.

Он смотрел на меня, потом на карту.

— Ты ведьма, Элис, — говорил он с восхищением, целуя меня в губы. — Точно ведьма!

Я не была ведьмой. Я просто принесла в этот феодальный мир немного здравого смысла и основ экономики из двадцать первого века. Я стала его неофициальным советником. Мы вместе разрабатывали новые торговые законы, придумывали, как привлечь в город ремесленников, планировали строительство новых дорог. Я не лезла в военные дела или большую политику. Но во всем, что касалось жизни города, мой голос стал решающим.

И, конечно, была семья. Наша растущая, крепкая, такая любимая семья.

Тобиас расцвел. Он жил в замке, но каждый день после уроков прибегал в пекарню.

— Мама, смотри! — кричал он, показывая мне свежую ссадину. — Элдрид сегодня учил меня фехтовать! Я почти его победил!

— Почти? — усмехался Элдрид, входя следом. — Этот разбойник едва не отрубил мне ногу своим деревянным мечом.

Он обожал Тобиаса. И Тобиас, хоть и не называл его отцом, тянулся к нему со всей силой детской души. Они вместе ездили на охоту, читали книги, спорили о том, какой дракон был самым сильным в древних легендах. Тобиас обрел то, чего у него не было — сильное, надежное мужское плечо рядом.

Я же, в свою очередь, старалась, чтобы он не забывал о своих корнях.

— Прежде чем идти махать мечом, — говорила я, вручая ему фартук, — будь добр, помоги Лукасу просеять муку. Настоящий лорд должен уметь не только разрушать, но и созидать.

Он ворчал, но слушался. И я знала, что из него вырастет не просто воин, а мудрый и справедливый человек, который знает цену куску хлеба.

Наша семья росла не только в переносном смысле. Через год после свадьбы, весенним утром, когда под окнами замка цвели яблони, я родила маленькую, крикливую девочку с темными волосами и серыми глазами своего отца.