Книга Княжич темного времени, страница 41 – Фиона Сталь, Саша Хэ

Его крик разбудил страх в глазах многих. Рабочие шарахались от Алры. Даже некоторые ратники косо смотрели на нее. Алра лишь сжала губы, ее золотистые глаза метнули в архимандрита искру чистой, немой ненависти. Она не стала оправдываться.

Я почувствовал, как ярость, холодная и ясная, поднимается во мне. Он не просто враг. Он саботажник в рясе. Отвлекает. Сеет панику. Прямо перед битвой.

— Замолчи, владыка! — мой голос грянул, перекрывая визг Варлама. Все взгляды устремились на меня. Я шагнул вперед, к Алре, и положил руку ей на плечо. Она вздрогнула, но не отстранилась. — Эта «нечистая сила», — я произнес громко, отчетливо, глядя не на Варлама, а в испуганные лица рабочих и ратников, — только что спасла вам жизни. Укрепила стену, которую кто-то, — я подчеркнуто посмотрел на Сиволаповых людей, — пытался ослабить. Саботаж! Прямо здесь! Прямо сейчас! А вы слушаете того, кто кричит о кострах, когда враг уже у ворот⁈ — Я повернулся к Варламу. — Ваши молитвы, владыка, приберегите для часовни. А здесь, на стене, главное — дела. И Алра сделала. Ей — благодарность. А не оковы.

Я повернулся к Алре, глядя ей в глаза. Она смотрела на меня с неожиданным, странным выражением — смесью удивления и признательности.

— Спасибо, Алра, — сказал я громко, так, чтобы слышали все. — Ты спасла укрепления. Спасла нас. Черный Лес помнит это.

Ропот пробежал по толпе. Уже не такой враждебный. Смешанный — страх, недоумение, но и осознание факта: стена стоит крепче. Гордей громко крякнул.

— Верно сказал, княжич! Дело важнее слов! Алра — молодец! А теперь все — по местам! Работать! Враг не дремлет!

Его команда, как всегда, подействовала лучше проповедей. Люди засуетились, вернулись к работе, хотя многие еще косились на Алру, чьи рога уже не светились, но чей поступок невозможно было игнорировать. Варлам стоял, трясясь от бессильной ярости, его лицо стало багровым.

— Это… это бесовство! Вы все погрузитесь во тьму! — он выкрикнул и, размахивая руками, поплелся прочь, проклиная под нос.

Алра молча кивнула мне, ее взгляд скользнул куда-то в сторону. Я последовал за ним и увидел… Марену. Она стояла в тени у дальнего костра, закутанная в свой вечный плащ. Никто не заметил, когда она появилась. Ее лицо, освещенное снизу огнем, было непроницаемой маской. Ни одобрения. Ни осуждения. Только глубокое, нечитаемое внимание. Как будто она наблюдала за экспериментом. За мной? За Алрой? Или за взаимодействием наших «нездешних» сил? Она встретилась со мной взглядом на мгновение — и исчезла в темноте, как призрак.

Напряжение не спадало. Саботажник не найден. Варлам кипел злобой. Но стена стояла. Алра доказала свою преданность. И моя поддержка укрепила ее положение, пусть и ценой нового витка конфликта с церковью. Дуняша, стоявшая рядом с Маврой, смотрела на меня, потом на Алру. В ее глазах не было прежнего обожания. Была боль. И ревность. Тупая, щемящая. Она видела мою руку на плече «демоницы». Видела мою публичную защиту. И для нее, простой девушки, это было яснее любых слов.

Я хотел что-то сказать ей, но в этот момент… в этот самый момент, когда первые лучи рассвета окрасили восток в кроваво-розовый цвет, с вышки частокола раздался пронзительный, ледяной звук боевого рога. Один. Два. Три протяжных, тревожных ноты. А следом — дикий, полный ужаса крик дозорного, разорвавший утреннюю тишину: