Книга Сага о Годрланде, страница 37 – Наталья Бутырская

Я готов был поклясться бородой Фомрира, что в нордском языке нет тех слов, что говорил безднов фагр, но меч все-таки опустил.

Хускарл с поврежденной рукой злобно зыркнул на меня и пошел вверх по лестнице. Второй же лежал, сплевывая кровь и осколки зубов.

— Твое воинское мастерство воистину достойно высоких похвал. Уверен, что ты мог бы прославиться, выступая на арене, — сказал фагр.

— Мое мастерство, то самое… достойно, ага. Да только с нордами я б так легко не сладил. Вот чего он вцепился в свой меч? Схватился бы за нож и воткнул мне в ногу! А этот подпустил меня слишком близко! Кто ж отдает свое оружие врагу?

Наконец к нам спустился Жирный, не тот, который Хотевит, а его родич, имени которого я так и не узнал. Причем вид сделал такой, будто и слыхом не слыхивал, как мы тут орали. Удивился, мол. И как давай чесать языком… Хальфсен раза три начинал пересказывать, да всё время сбивался и потому замолк.

Жирному ответил фагр. Потом снова заговорил Жирный. Потом снова фагр…

Кто к кому, спрашивается, пришел? Может, мне и вовсе уйти? Пусть наговорятся вдоволь…

— Эй! Раб Сатурна Пистоса! У меня дело к этому живичу! Заткнись и дай мне с ним поговорить!

— Разумеется, — сладко улыбнулся фагр, от чего меня передернуло. — Я всего лишь убедил этого уважаемого господина не звать стражу и не писать на вас жалобу. Сказал, что вы пришли побеседовать с ним, а его не блещущие умом воины набросились на вас с мечами.

Жирный ширил ноздри от злости, но стерпел и даже махнул рукой, приглашая нас пройти в другую комнату и присесть.

— Жирный! Безднов ты прощелыга! Не вышло обманом, решил измором нас взять? Уговор каков был? Твой род нас кормит, пока долг не вернет! Коли надоело кормить, так возвращай наше серебро! Иначе мы каждый день к тебе столоваться будем ходить!

Хальфсен открыл было рот, но фагр тут же перебил его:

— Достойный хёвдинг! Позволь, я буду пересказывать твои слова этому уважаемому. А ваш толмач пусть проверит, верно ли я говорю. Но перед тем бы хотелось понять, в чем суть ваших разногласий.

— Тебе-то какое дело? — буркнул я, но не со злости, а скорее от досады на самого себя.

Ведь выходит, что этот мягонький раб только что ну, не то чтобы спас наши шкуры, но всё же выручил. Я за собой вины никакой не ощущал, это ведь Жирный нас обманывать вздумал, и воины его и впрямь первыми напали. Хотя не совсем напали, просто мечи выставили, как будто это может кого-то остановить… Но вдруг по их годрландским законам я был где-то не прав? Тогда с нас могли потребовать виру в пользу Жирных, а наше серебро всё у тех же Жирных…

— Мой господин приказал привести тебя до полудня. Чем раньше ты закончишь свое дело здесь, тем скорее я выполню приказ. Ты же не откажешься пойти со мной к господину?

— Не откажусь.

Рысь наскоро объяснил, в чем суть наших отношений с Жирными, упомянул и про договор, и про законника, только не стал рассказывать, откуда взялся долг.

Фагр слушал, наклонив голову набок. Так он еще больше походил на сову. Затем он заговорил с Жирным. Я разбирал лишь отдельные слова, чаще всего «серебро» и «долг». А может, это я запомнил их крепче остальных?

Пока они беседовали, я задумался, а где же Хотевит? Не поверю, что он струсил и решил отсидеться, не такой он человек. Да и в спину он бить тоже не станет. И Дагна… Уж она-то не понаслышке знает, как жадные ярлы могут обманывать нанятый хирд. Вспомнить хоть бы ярла Торира Тугую Мошну! Он вроде не отказывался платить нам, но только не сразу, а когда-нибудь потом, и без Дагны нам бы пришлось попусту торчать в его Темном заливе, ожидая свое серебро. Значит, этот Жирный их куда-то выпроводил. Вот только на что он рассчитывал? Уж явно не на то, что мы будем терпеть и жрать всякое дерьмо. Вон, даже воинов нанял! Причем не каких-то дешевых, а аж хускарлов! Поди, мы наели бы меньше!