Книга Сага о двух хевдингах, страница 136 – Наталья Бутырская

Дагна тоже не спала. Ворочалась, ворочалась, вздыхала, потом подошла ко мне и просидела рядом всю ночь, глядя в щедрую звездную россыпь на небе.

Не спал и Велебор. Тоже хотел дать своим парням выспаться вволю. Пояса с оружием мы им пока не отдали, так что сделать он вряд ли чего сумел бы, но я за ним все равно приглядывал.

Как только начало светать, я поднял ульверов. Мы сняли носовую фигуру с корабля, завернули сложенный парус в тряпки, чтоб цвет не был виден, и пошли на веслах вдоль берега. Заприметили высокий берег с огромной раскидистой сосной, там высадили живичей Вышату и Стояна, уговорившись встретиться с ними тут через пять дней. За это время они должны успеть дойти до города, вызнать что нужно, и воротиться обратно.

А мы стали искать, куда бы спрятать наш «Сокол». Нарочно не стали делать этого при тех парнях, а вдруг их узнают, поймают и начнут спрашивать, где мы? Искали недолго, так как боялись, что нас кто-то увидит. Мало ли, корабль мимо пройдет, или пастух с берега приметит? Так что нашли пологий берег, где не видать ни деревни, ни коровьего навоза, ни следа человеческого, выгрузили всё с корабля вплоть до вёсел и мачты, а потом разом подхватили «Сокол» на руки, от чего его борта застонали, заскрипели, и оттащили в лес, где уложили на подготовленные бревна. На перегрузку, переноску, подготовку, а потом и на укрытие ушел весь день. И горько было видеть корабль, что лежал на дереве, точно выхваченная из воды рыба. Будто не взлетит уже его крыло и не распахнет навстречу ветру клюв соколиная голова. Несколько раз я был готов сказать, чтоб тащили корабль обратно в воду. Ведь так мы прикованы к берегу, к этим местам, и если нас отыщут, так мы ни за что не успеем уплыть отсюда под одной из десятков рек, что впадали в озеро. Но всякий раз я передумывал. Нас ведь будут искать! И хоть Странцево море велико, да недостаточно, чтоб возле его берегов не сыскали наш драккар, коих тут немного ходит.

Затерев все следы, мы ушли в лес. Двоих оставили неподалеку от «Сокола», Коршун со Стейном двинулись к той сосне, чтобы загодя приметить гостей, а я время от времени пробуждал свой дар, чтобы убедиться, что у них всё спокойно.

Так мы и провели эти пять дней.

— Кто-то пришел, — сказал я, держа в руках чашку с крепким травяным отваром.

Припасы закончились, а в начале лета в лесах Альфарики не так много того, чем можно поживиться. Парни ловили зайцев в силки, Эгиль стрелял птиц, Рысь таскал яйца лесных птиц, Велебор рыбачил, но мясо и рыба уходили чуть ли не быстрее, чем мы их добывали. Грибов пока нет, орехов тоже, да и отвык я уже одной дичиной питаться. Вепрь готовил похлебки, где кроме заячьих костей плавали побеги крапивы, стебли лопуха, молодые листья сныти. И хоть меж зубов что-то застревало, в животе постоянно урчало. Не хватало хлеба, сыра и каш. Мы не голодали, но и сытно не ели.

Живодер предлагал сходить в ближайшую деревню и взять, что нужно, силой, но Дагна запретила грабить крестьян. Нет, я ее понимал. Если вдруг ей удастся вернуться в город и выйти замуж за живичского купца, молва о том, что его невеста грабила людей Раудборга, вряд ли пойдет на пользу. С другой стороны, лично мне плевать на дурную молву, если мои хирдманы будут голодать. Но я решил подождать. Сначала узнаем, что творится в городе, а уж потом займемся грабежом, коли придется.